Иисус «Фрейд» Христос
Мама говорит, что читала какую-то книгу, в которой написано, почему Иисус реально был богочеловеком, и почему способ искупления человеческих грехов был выбран именно таким. Но почему — мне не скажет, это надо самому читать. К тому же я, мол, гораздо умнее ее, наверняка пойму больше, но для этого я должен прочитать книгу сам.
Меня же реальность Иисуса волнует мало, потому что в этом можно легко дойти до абсурда. Ну, например, Туринская плащеница, «та самая ткань, в которую было завернуто тело Иисуса Христа». Есть много книг, в которых приводятся доводы о ее реальности. Дескать, «мы только что доказали, что плащеница существует, следовательно, все остальное — тоже правда».
Как легко догадаться, такая логика не работает. Если мы докажем существование Иисуса, мы только докажем существование Иисуса, и ничего более.
Тем не менее, я на досуге подумал о способе искупления.
Иисус, очевидно, был первым истинным психотерапевтом: он был безгрешен и поэтому идеально отражал в себе чужие грехи. Ну, как мы выяснили, терапевт — это идеальный не-ты, такой специально обученный человек, который показывает тебе тебя разными способами. (Один из них — «проекции», то есть отражение).
...и начали обвинять Его, говоря: мы нашли, что Он развращает народ наш и запрещает давать подать кесарю, называя Себя Христом Царем.
Пилат спросил Его: Ты Царь Иудейский? Он сказал ему в ответ: ты говоришь.
Пилат сказал первосвященникам и народу: я не нахожу никакой вины в этом человеке.От Луки, 23
Предположим, что Иисус и правда безгрешен. (Я, например, видел гипотезу, что Иисус был временно «выписан» из другой, неземной, цивилизации, поэтому, конечно, по земным меркам был безгрешен, из-за того, что был в другой системе моральных координат).
Тогда, конечно, идеальное взаимодействие в вакууме абсолютно безгрешного существа и кучки грешных существ рано или поздно должно было закончится идеальной жертвой. То есть все то, что в конечном итоге совершили с ним, он не заслужил вообще.
Он никого, никак и ничем не спровоцировал, не участвовал в отношениях насильник-жертва в типичной роли жертвы, был кристально чистым, и вообще — «это всё они!» (только на этот раз это действительно так).
Потом, конечно, люди прозрели и поняли ровно то же самое: «Сотник же, видев происходившее, прославил Бога и сказал: истинно человек этот был праведник».
Но было поздно — он их уже простил.
Я и говорю — терапевт!
You are not your fucking khakis, are you?
Все психические травмы формируются по примерно одинаковому сценарию: сначала ребенок обнаруживает себя в этом мире. Потом обнаруживает в себе или снаружи (что одно и то же) то, что не нравится ему или его родителям (что одно и то же) и с чем он не может справиться.
Начинает страдать. А страдать довольно-таки неприятно. Тут же включаются механизмы психологической защиты — такие мощные, что травмируют структуру личности почти навсегда.
Вот и вырастает ребенок обычным человеком.
Вопрос «зачем нужны такие мощные механизмы детям?» остается открытым. Но в последнее время я склоняюсь к мнению, что у каждого ребенка есть предрасположенность к определенному виду травм, и эти травмы формируются, как мозоли: если на пять секунд надеть неудобную обувь, то ничего не произойдет. Если на час — то будет неприятно. Если на день — мозоль. Если на семь лет — ...
Prolonged exposure.
А все дело — в строении ноги, которая у всех разная. Да и жизнь, в общем-то, штука довольно жесткая, особенно для детей — они нежные и розовые, это мы, взрослые, уже несколько огрубели и не помним, каково оно.
Ребенок берет «плохую» часть себя и отторгает ее, изолирует, делает вид, что ее нету, что это не он, что он на самом деле не такой, старается быть хорошим, делать «как надо», ну и так далее. К сожалению, просто так взять оторвать от себя кусочек психики и выкинуть еще ни у кого не получалось.
Похожим образом, кстати, вырастает жемчуг: в устрицу попадает маленькая песчинка, которая раздражает нежную плоть, обрастая постепенно перламутром.
Потом ребенок взрослеет и идет на психотерапию, где обнаруживает у себя в худшем случае кучу голосов в голове, в лучшем — разные «ролевые модели», «социальные установки», «родительские фигуры» (что, опять-таки, одно и то же), жемчужины.
Однажды ранним утром вскоре после своего двадцатидевятилетия я проснулся с чувством жуткого, абсолютного страха. Со мной и раньше такое случалось: я, бывало, и прежде просыпался с подобным чувством, но на этот раз оно было сильным как никогда. Ночная тишь, расплывчатые очертания мебели в темной комнате, отдаленный шум проходящего поезда — всё казалось каким-то чуждым, враждебным, и настолько лишенным смысла, что пробуждало во мне глубокое отвращение к миру. И самым отвратительным из всего этого был факт моего собственного существования. Какой был смысл продолжать жить с грузом такого страдания? Зачем надо вести эту непрерывную борьбу? Я чувствовал, что глубокое, страстное желание к избавлению от жизни, стремление к несуществованию, теперь становится гораздо сильнее инстинктивного желания жить.«Я больше не в силах жить сам с собой».
Эта мысль настойчиво повторялась в моем рассудке. И вдруг совершенно внезапно я сообразил, насколько необычной и оригинальной была эта мысль.
«Я один или нас двое? Если я не в силах жить сам с собой, то тогда нас должно быть двое: “Я” и тот самый “сам”, с которым я не могу больше жить. А что если только один из нас настоящий?» — подумал я.
Экхарт Толле, «Сила момента».
Постепенно — если повезет — он «находит себя». Начинает жить «в гармонии с самим собой» и прочие вещи. Понимает, что половину жизни спорил с голосами в голове, вместо того, чтобы сказать «да пошли в жопу» и жить, как хочет.
Ну и, наконец-то, живет долго и счастливо.
Если бы.
Но на самом-то деле — нет.
Человек все так же остается с собой и собой, неудобная обувь под названием «жизнь» никуда не исчезает, а форма ноги не меняется магическим образом.
Просто теперь чуть более понятно, что с этим делать (подсказываю: ничего!), появляются способы, с помощью которых можно дать себе передышку, техники контроля боли, техники получения от нее удовольствия и прочие штуки.
Одной из таких техник является осознанное разделение боли и страдания. Боль — вещь почти телесная и неизбежная, а страдания — это то, во что ты ее превращаешь, начиная себя жалеть, «продукт ума».
В каждой второй «духовной» книге new age’а раскрывается страшная тайна: «твой ум — это не ты!». Ну, или «эго — это не ты!».
Там же выясняется, что страдает эго, «а не ты», все запарки и проблемы тебе придумывает ум, «а не ты».
(Против страха смерти предлагается уловка, вида «умрет то, что боится умереть». То есть, опять-таки, «эго» и прочие примитивные низкодуховные вещи, в то время как монада бессмертна).
И это — чистая правда.
Однако есть нюанс.
Нюанс заключается в том, что самый простой — и поэтому неправильный путь — это признать «ум» или «эго» источником всех бед (чем они и являются) и начать бороться.
Так же, как в детстве, с помощью «психологических защит». Что нас уже привело в такое бедственное состояние в первый раз.
Каждый раз, когда я вижу эзотерически настроенных девочек, борющихся со своим умом и выдающих сентенции, в духе «это все ум, а не я» («я — не я и жопа не моя»), мне их искренне жаль.
От ума не убежать. Ты — это не твой ум, но твой ум — это и ты тоже. Эго нельзя вырезать скальпелем и стать «хорошеньким», избавившись после этого от всех страданий раз и навсегда.
Нельзя превратить «ум» в воображаемого друга и спихнуть на него разбитую банку варенья.
Самость недостижима, сансара — это надолго, а нирвана — это рок-группа.
Христос врет, «хоть тушкой, хоть чучелом» в царствие божье не проползти.
Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну. И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки её и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну.
(Матф.5:29-30).
Духовный рост — это не борьба с собой, а танец. Методы «разделяй и властвуй» не работают, однако, разделять полезно, в том числе и для того, чтобы понять, что это можно разделить еще и так, еще одним способом и понять устройство.
В этом плане, конечно, мантра «твое эго — это не ты» очень полезна для разделения и осознания границ, после чего эго надо интегрировать обратно так, чтобы никто не пострадал, а не объявить козлом отпущения, что очень удобно.
Ахимса!
(Да, а книгу Экхарта Толле «Сила момента» прочитайте, она хорошая).
Правильные праздники
Я уже писал на эту тему (раз, два), теперь я могу предложить точную программу.
(Избирайте меня!)
1. Зимнее солнцестояние, 21 или 22 декабря.
Праздник Жатвы (смерти, подведения итогов, радости того, что все еще живы). Что-то типа Сатурналии, Día de los Muertos, дня всех святых, хеллоуина и прочее.
Ну, тема понятна: «потустороннее». Смерть, короче. Конец цикла.
«Прощание со Старым Годом», если кому-то так понятней.
2. Весеннее равноденствие, 20 или 21 марта.
Новый Год. Объяснять, почему Новый Год начинается весной — бессмысленно (а когда ему еще начинаться?). Начало цикла.
«Потому что весной все оживает», если кому-то так понятней.
У многих «примитивных» народов он так и отмечается до сих пор.
3. Летнее солнцестояние, 20, 21 или 22 июня.
День Слияния и Поглощения, день Любовников, союзов, семьи, зачатия. «День всех Влюбленных», туда же — Иван Купала.
«...одним из главных символов Иванова дня был цветок Иван-да-марья, который символизировал магический союз огня и воды. Народные сказания связывают происхождение этого цветка с близнецами — братом и сестрой — которые вступили в запретные любовные отношения и из-за этого превратились в цветок. Эта легенда восходит к архаичному мифу об инцесте близнецов и находит себе многочисленные параллели в индоевропейских мифологиях»(википедия)
4. Осеннее равноденствие, 22 или 23 сентября.
Праздник рода и плодородия, земли, предков, урожая.
Как-то так. И равномерно распределено по году, и имеет глубокий если не вселенский смысл, то в рамках Солнечной системы — точно.
Остальное — от лукавого. Особенно отдельные гендерные праздники.
Например, очевидно, что праздник зачатия — это, простите, совместная заслуга (хотя с небольшим уклоном в мужское), а праздник плодородия — с уклоном в женское (ибо Земля — мать, вынашивает после Слияния и Поглощения ребенка женщина, «и все такое»), но подход «вы свой янь отдельно празднуйте и не забудьте про подарки на наш инь» предельно маразматичен, как раз в духе (западных) традиций делить неделимое.
Напоминаю, что с исторической точки зрения, 23 февраля — это день, когда было принято решение согласиться на позорный мир на германских условиях, то есть не «день защитника», а «день лузера», ну или «день дипломата» в лучшем случае, а 8 марта — это день «эмансипации», то есть день анти-женщины, а вовсе не «женский день».
История иронична.
C праздником, дорогие женщины! Спасибо за носки, тюльпаны на полке.
Москва всё
Академгородок — это, по ходу, лес.
(местный мем)
Терапевт меня на последних сессиях пытал «Вы же понимаете, что все равно, где жить? Все драмы — внутри!». От судьбы и не убежишь и все такое. Я рассмеялся и сказал, что теперь-то понимаю (хотя мне известны обратные примеры, и много). А раз все равно, где жить, то какого черта это вообще должна быть Москва?
Я ехал не в Москву, а в Яндекс. При этом люди годами не могли понять, почему я такой талантливый и хороший до сих пор не ринулся покорять Москву.
Я и не ринулся, потому что прекрасно осознавал, что Москва мне не нравится. Но если Яндекс — лучшая айти компания в России, а я такой талантливый и хороший — то мне там место, а Москву можно потерпеть. Оказалось, нет. В Яндексе место, например, Кукуцу (что доказывает его уже девятилетнее самозабвенное служение этому эгрегору). Впрочем, Яндекс (и Кукуц) ни в чем не виноваты. Яндекс вообще хороший.
Другие места, в которых я успел поработать в Москве после Яндекса — тоже. В Москве вообще все хорошие, особенно приезжие.
Первые два года в Москве я болел каждые две недели. «Акклиматизация», говорят. Ну да, ну да. Завелась пара психосоматических болезней. Тоже акклиматизация.
Ближе к концу срока открыл для себя йогу «и все такое». В целом, в Москве мне полегчало, «как и просил». Выбора не было: либо легчает, либо ты дохнешь, потому что Москва — очень недружелюбная среда. Даже Яндекс не помог, хотя план-то был «коль в жизни скука, может, хоть Идеальная Работа поможет». Нет, пришлось все делать хардкорно, через «духовный рост». То есть, «купи козу».
Козой оказалось Москва.
С другой стороны, родной город Новосибирск — мало чем примечательный индустриальный город-миллионник. С пробками (не хуже Москвы!). Он мне никогда особо не нравился, пока я не открыл для себя Академгородок. Юридически — район Новосибирска, фактически же — отдельный элитный городок в 30 км. от Новосибирска, построенный в лесу в начале 60-ых для советских ученых.
Все прелести жизни на свежем воздухе. Во-первых, свежий воздух, чистый белый-белый снег, белки, ежики, природа. (Климат, правда, сибирский, «на любителя»).
Для внешней эмиграции я пока не готов, всякие Гоа, Тайланды и прочие места, где ты с 500 баксами в карманах среди желтожопых будешь чувствовать себя белым господином — не для меня. Тем более, не для семьи с двумя детьми, которые должны расти в более-менее нормальной культуре.
Если я уеду — я буду ассимилироваться всеми силами (поэтому надо ехать к белым, а не к желтым, и вообще туда, где есть шанс стать нормальным гражданином), уезжать на другой конец глобуса, чтобы годами сидеть там в каком-нибудь русском коммьюнити и сравнивать всё с поганой Рашкой и писать об этом в интернетиках — тоже не мой стиль.
Для внутренней эмиграции что-то лучше Академгородка сложнее придумать, тут до сих пор каждый второй — либо интеллигентный потомок ученых, либо либеральный студент, либо сумасшедший (их тут много, и их тут любят — у меня получится затеряться).
Тут давно уже есть собственная очень уютная квартира, а ввязываться в Москве в любые операции с недвижимостью никогда не хотелось.
То есть, ничего страшного не произошло, это с самого начала было скорее «съезжу в Москву, посмотрю чо как», которое растянулось на пять лет (я просто тормоз), чем «все бросаем, становимся москвичами».
Козу продал.