The Stanley Parable

The Stanley Parable (компьютерная игра) — это «Розенкранц и Гильденстерн мертвы» (пьеса) нашего времени.

Горячо рекомендую оба произведения. Еще есть одноименный фильм по пьесе, но книга лучше, как обычно.

На этом можно и закончить, но можно и не заканчивать. Опять ужасы выбора! Подразумевается, что все тут взрослые самостоятельные люди, а Смирнов (то есть, я) плохого не посоветует.

Для тех, кто не в курсе, продолжим.

В «Гамлете» есть два проходных персонажа — Розенкранц и Гильденстерн. Они не особо «прописаны» и идут по дороге сюжета, выполняя свою скромную роль. Известно, что в конце пьесы они умирают.

Том Стоппард написал пьесу про этих персонажей, которые находятся «во вселенной Гамлета», но их участь предрешена — «Розенкранц и Гильденстерн мертвы». Ну, вы понимаете, вопросы выбора, свободы воли, предопределенности и прочий экзистенциализм. То, что это «вторичное» произведение, делает его, разумеется, постмодернистским.

Розенкранц (обессиленно). Домой, я хочу домой. (Делает несколько шагов.) С какой стороны мы пришли? Я потерял ориентацию.

Гильденстерн. Единственный вход: рождение, единственный выход — смерть. Какие тебе еще ориентиры?

Они подходят друг к другу.

Розенкранц. Мы никому ничего не должны. Гильденстерн. Мы влипли. Каждый твой поступок, пусть ничтожный, порождает другой, неизвестно где, неизвестно чей, а тот — третий и так далее, замкнутый круг. Так что смотри в оба и навостри уши. Будь осторожен и следуй инструкциям. И все будет в порядке.

Розенкранц. До каких пор?

Гильденстерн. Пока все не кончится само собой. Тут есть своя логика — все происходит само собой, не волнуйся. Расслабься и плыви по течению. Когда кто-то берет тебя за руку и ведет как ребенка — хоть ты давно уже потерял невинность, — это словно тебя вознаграждают, словно получаешь добавочную порцию детства, — и как раз тогда, когда меньше всего ожидаешь, — словно приз за хорошее поведение — или за то, что вообще не имел детства... Я — э-э-э — не слишком противоречу себе?

Розенкранц. Не помню... Что мы тут вообще делаем?

Что же касается The Stanley Parable, то его автор (Davey Wreden) учился на кинематографическом факультете, а игры делать не умел. Как-то он заметил, что в «рельсовых шутерах» игрока ведут за руку, в духе «а теперь поворот направо» и налево пойти нельзя. И нельзя ничего сделать, что не выходит за рамки сюжета. Ничего не напоминает? Ну да, Розенкранца и Гильденстерна.

Wreden в результате создал «игру», процесс которой состоит в том, что ты ходишь по офисному зданию, а твои действия «комментирует» рассказчик, еще до того, как ты их совершил, в духе «Подойдя к двум дверям, Стенли повернул направо».

Звучит довольно глупо! Первый способ «пройти» игру — это слушать рассказчика. Но его можно не слушать, и повернуть налево. «He’s taking Roy off the grid!»

Можно даже зайти в то место, которое еще «не сделано» и «не предусмотрено» — и, конечно, понять, что оно все-таки было сделано и монолог рассказчика написан для этого случая тоже.

Понимаете, куда я клоню?

Man vs author, конечно же. Немного подумав, понимаешь, что и man vs reality. И даже man vs technology.

В общем-то, The Stanley Parable — это не компьютерная игра, а — простите за это слово — «интерактивное» произведение искусства про свободу выбора, предопределенность, смерть, бессмысленность, невозможность выйти из пещеры и так далее.

Постмодернизм и экзистенциализм — все, как мы любим.

19/20 на двоих.

Go в группу, я создал

Так, давайте честно.

У меня (как у терапевта) есть онлайновая терапевтическая группа. Она ближе к роджеровским encounter-группам.

«Группы встреч неоднородны – их характер различается в зависимости от теоретической ориентации, установок, ценности терапевта. Так, например, по мнению одного из самых основных теоретиков и практиков групп встреч C.Rogers (1970), ход работы, содержание группового процесса должны определяться самими участниками. Будучи терапевтом группы, он не указывал никакого направления группе, не определял правил работы, а заботился лишь о создании атмосферы взаимного доверия и заботы друг о друге. C.Rogers никогда не использовал упражнений и техник для повышения интенсивности жизни группы, полагаясь на «мудрость» группы и способность творить жизнь и направлять ее в конструктивное русло».

Это уже довольно старая группа, сейчас в ней есть пара мест.

Это первая моя группа, и мое отношение к ней довольно глубокое и интимное.

Поэтому с одной стороны хочется написать, что есть пара мест, а с другой — не хочется, чтобы «понабежали левые люди».

Чтобы не было вот этого «понабрали по объявлениям».

Ну, вы понимаете. Так что я один раз шуточно написал, кто-то откликнулся, но до группы не дошел.

В моем-то представлении все тут же должны начать драться на место в этой группе (и писать мне на почту — это call to action).

Хотя никакого уникального торгового предложения тут нет. Группа хорошая, достаточно зрелая, но все равно тяжелая. Терапевт я (возможно, как индивидуальный терапевт я лучше, чем как груповой). Как это работает почитать можно, например, здесь.

Группа собирается по субботам в 11-13 по Москве в zoom.us

Стоит около 4 тысяч в месяц (стоимость времени делится на всех участников, поэтому зависит от часов в месяц и количества участников).

Frame fucking work-2

Простите, погорячился в прошлой заметке. Давайте более культурно все расскажу.

Наблюдаю за эволюцией языков, например. Компьютерных.

Эта эволюция есть окультуривание.

Человек столкнулся с примитивной хренью. Да, компьютер довольно примитивен. Для тех, кто не в курсе — «компьютеры это просто единички и нули и арифметика с ними». Погуглите «машина тьюринга».

Напоминаю, что prīmitīvus по-латыни — это просто «первый», first of its kind.

Столкнулся человек с компьютером или изобрел его — вопрос анамнезиса (про него у меня тоже есть не написанная заметка).

Как и в случае с алхимией, всегда можно сказать «ход ваших мыслей мне нравится». Во время этого окультуривания человек делает компьютерные языки более «человечными», привнося туда опять-таки человеческие же метафоры (самый простой пример — ООП).

(Более машинными их сделать уже нельзя, мы начали с самого дна).

Фреймворк в таком случае — это какая-то чужая высокоуровневая конструкция, в которую предлагается просто верить. Примерно как невроз. Или как идеология. (Что, в общем-то, одно и то же). Евангелисты, например, в IT тоже есть.

Отсюда понятно, почему мы фреймворки не любили.

Со стороны может показаться, что это просто набор метафор, но это не просто набор метафор, натянутых на глобус и сшитый белыми нитками, это — то же самое: компьютерные языки — тоже языки, а культура программирования — это тоже культура, с нюансами, но безо всяких «но».

Все это очень красиво наблюдать в режиме «большой картинки», помещать туда себя и узнавать что-то в том числе и про себя.

Вот, как-то так.

Frame fucking work

Обновил hwyd.me — бесплатный инструмент по легкому прививанию привычек. Который, конечно, можно легко превратить в инструмент насилия (но постарайтесь так не делать).

Если здесь люди, которые умеют пиксельную графику и пользуются hwyd’ом, то вы можете сделать мне приятное, нарисовав пиксельную помидорку, колокол и солнышко.

Да, я все еще не сошел с ума, это такие иконки в интерфейсе. Сейчас они выбиваются из общего стиля.

Удивительно насколько «человек — это отношения». Не только к другим людям и к себе, но и «вообще». «К миру».

Что бы человек ни делал — это не он, а его отношения. Все магические (или, наоборот, логические) обоснования в конечном итоге сводятся к «я так вижу» или «это мне нравится/не нравится».

Начал любить к старости комфорт. Понял, что любовь к примитивам — шизоидная черта, а нелюбовь к фреймворкам — тоже шизоидная. «Эти люди что-то там делают по-своему из наших родных примитивов». Понял, что слово «примитивный» у меня несет положительную окраску почти всегда.

Поэтому — только ассемблер, только хардкор. Но начал проникаться любовью к фреймворкам (хотя все еще особо не использую).

Например, выкинул из hwyd’а js-библиотеку гугля, которая рисовала красивые графики и сэкономил около 40-400 кб. Рисую красивые графики html’ем за бесплатно. Прогресс.

Ладно, не обращайте внимание на мое непонятное брюзжание (а красиво разворачивать мысль лень).

Бонус для тех, кто дочитал до конца: в моей психотерапевтической группе есть два свободных места.