терапия
Сейчас этот блог в основном про психотерапию.
как правильно
Слушайте меня, я вас научу правильно жить.
психология
Буржуазная лже-наука, пытающаяся выявить закономерности в людях.
практика
Случаи и выводы из психотерапевтической практики.
кино
Фильмы и сериалы.
книги
Это как кино, но только на бумаге.
nutshells
«В двух словах», обо всем.
дорогой дневник
Записи из жизни (скорее всего, не интересные).
беллетристика
Мои литературные произведения и идеи.
духовный рост
Когда физический рост кончается, начинается этот.
дивинация
Как предсказывать будущее.
половой вопрос
Про секс и сексуальность.
заяижопа
Творческий дуэт с моей женой.
магия
«Магическое — другое название психического».
Карл Юнг
игровой дизайн
Раньше я делал игры.
игры
Компьютерные игры.
язык
Слова там всякие.
людишки
Уменьшительно-ласкательно и с любовью.
культ личности
Про великих людей (то есть, в основном про меня).
hwyd
Уникальная Система Прививания Привычек.
буклет
я
идеи
блоги
spectator.ru
дети
wow
вебдев
музыка
контент
программирование
религия
дейтинг
диалоги
яндекс
кулинария
coub
fitness
символы
йога
шаманизм
tiny
ребенок
backward2 forward3

Общество

24 года назад в категории дорогой дневник

Египетские ночи

КЛЕОПАТРА. Скажите, кто меж вами купит ценою жизни ночь мою?
ПЕТР ИВАНОВИЧ ЧИЖИКОВ. Ценою жизни?
КЛЕОПАТРА. Да!
ПЕТР ИВАНОВИЧ ЧИЖИКОВ. Одну ночь?
КЛЕОПАТРА. Ну, две.
Занавес
(C) Виктор Шендерович


Самое страшное, что общество может сделать с любым «антиобщественным», авангардным течением — это признать его. Все. После этого проходит всего год-два — движение ассимилируется, поглощается обществом. А вот самое лучше для движения, автора, книги и прочего — когда запрещают. Запрет читать что-то сделает это «что-то» таким популярным, как ни одна реклама. Запретный плод сладок, и чем сильнее что-то запрещено, тем все больше и больше находится ублюдков, которые тянутся попробовать это нечто только потому, что оно — под запретом.

Современное общество быстро поняло, что запрещать — себе дороже и избрало совершенно другую тактику — разрешать. Таким образом родился такой феномен, как современное правовое общество, в котором каждый нормальный человек имеет полное право сходить с ума, да только вот сходить с ума-то не хочется. Ибо можно.

Движение хиппи умерло почти сразу же после рождения, в далеких 60ых, когда слишком много молодых людей вруг решило, что «эту круто», когда пошла мода на хайр, фенечки, свободную любовь, «make love not war». Протест одиночек сразу перестает быть таковым, когда к нему присоединяется изрядное количество народа.

Когда один художник заявляет «имел я вашу буржуазную культуру», и в знак протеста рисует калом на холсте замечательные картины — это протест одиночки. Когда калография становится безумно популярной и за его картины отваливают бешенные бабки — появляется толпа подражателей, которые «думают» и «чувствуют» абсолютно также, которые тоже «имели вашу буржуазную культуру» — это уже не бунт.

Любой дурак может нарисовать черный квадрат на белом фоне. Что не ставит, однако, этого дурака в один ряд с Малевичем.

Андеграунд, показанный по «ящику» больше одного раза — это уже на андеграунд, это — достояние миллионов... Деньги делаются уже не только на том, что все люди похожи — теперь тебе внушают, что ты — это уникум, что ты должен думать, делать и одеваться по-своему, стильно и круто, и как всякий стильный и крутой человек, пить колу. Не потому, что ее пьют все, нет-нет, боже упаси, а потом — что Это Твой Выбор.

Антиутопия будущего — это не стройные ряды одетых в одинаковую униформу людей, нет. Это — огромная толпа людей, каждый из которых абсолютно и непогрешимо уверен, что он — уникум. Что он стилен, умен, крут и энергичен, и что мир крутится в основном только вокруг него.

Чего это я?.. Да так, просто... мысли вслух.

0

Грыжа мира-2

Небольшое лирическое отступление о журнале «Yes!». Дело ведь даже и не в том, что они не знают, что такое «тэги». И все веселье — вовсе даже не по этому поводу. Просто данный пример является наиболее показательным. А так — весь журнал такой. Сеансы ликбеза проводятся по любому поводу.

Грыжа мира

Есть такая вещь — скорбь за судьбы мира. Однажды Александр Ларьяновский в слегка выпившем состаянии назвал это «грыжей мира». Я тут же выпросил у него эксклюзивное право использовать его (название, а не Сашу) в качестве названия для моего будущего романа.

Психология народов и масс

Сейчас читаю Гюстава Лебона, «Психология народов и масс». Хорошая книга, буду время от времени цитировать и всем советовать. Ну, например: Парламентский режим, впрочем, является идеалом всех современных цивилизованных народов, хотя в основу его положена та психологически неверная идея, что много людей, собравшихся вместе, скорее способны прийти к независимому и мудрому решению, нежели небольшое их число.

Учеба

На первом курсе кто-то сказал, что курсу к третьему у каждого второго в группе будет сотовый телефон. Естественно, ему возразили, мол, мы не пальцегнутые экономисты, а журналисты. Теперь мы уже на четвертном курсе, сотовые телефоны до сих пор далеко не у всех, зато больше половины группы обзавелись пейджерами.

ДР и учебный процесс

...посещают иногда крамольные мысли. Например, как было бы классно посидеть с каким-нибудь НГУ’шным преподом, (хотя почему с «каким-то»? с вполне определенными людьми) попить чаю, поговорить «за жизнь». Ведь неглупые-то люди, даже наоборот — очень даже умные. Проблема в том, что я никогда не старался общаться с преподавателями.

Толкиенисты

О-о! — воскликнул Принц. — Вам повезло, сэр брат! Это же знаменитая запретная «Сага о Кольце Власти»! К сожалению, немногие смогли дочитать ее до конца, не повредившись в рассудке. А те, чей разум оказался не столь крепок, стали наряжаться в одежды героев, мастерить деревянные мечи и щиты, бегать по лесам и полям на потеху добрым поселянам.

Солипсизм-3

— Ты хочешь сказать, что физическая вселенная нереальна? — То, что мы называем физической вселенной, полностью базируется на соглашении. Атом, например, — это просто соглашение между физиками. Сейчас физики договариваются о существовании все большего числа частиц, которых они не видели. «Хорошо, Чарли, — говорит один физик другому, — что-то должно вызывать этот феномен.