Контрапункт
Итак, Олдос Хаксли. «Контрапункт». Писать о книгах — а в особенности о хороших книгах — занятие неблагодарное и трудное. Во-первых, потому что само понятие «хорошая книга» для всех людей разное. Для кого-то Достоевский — клевый дядька, для кого-то — тягомотина полная.
Для меня — дядька. Клевый.
Итак, Хаксли, «Контрапункт». Полное отсутствие того, что эти странные нормальные люди называют «сюжетом». Вернее, правильней бы это назвать фабулой, а не сюжетом, но все это мелочи. «Контрапункт» — роман идей. Разных идей — от классификации женщин до...
...он вдруг вспомнил рассказ отца о разговоре с каким-то шофером-итальянцем о любви... (У старика был особый дар вызывать людей на разговоры, всяких людей, даже слуг, даже рабочих. Уолтер всегда завидовал ему в этом.) По теории шофера, некоторые женщины похожи на гардеробы. Sono come i cassetoni [они как гардеробы — итал.]. С каким смаком старый Бидлэйк рассказывал этот анекдот! Они могут быть очень красивы; но какой толк — обнимать красивый гардероб? Какой в этом толк? «Нет, уж лучше женщины другого сорта, — говорил шофер, — будь они трижды уроды. Вот моя девочка, — признался он, — та совсем другого сорта. E un frullino, proprio un frullino [Она взбивалочка, настоящая взбивалочка — итал.] — настоящая взбивалочка для яиц». И старик подмигивал, как веселый порочный сатир...
... до совершенно бредовых или совершенно гениальных (а часто — и тех и других) вещей. Почти каждый герой считает своим долгом изъяснить свою идею, но роман он этого не принимает вид искуственный или натянутый — хотя бы потому, что герои не несут в массы проповедуемые идеи, подобно Раскольникову, взяв топор и пойдя на старушечий промысел, а поступают, как нормальные люди. То есть живут, заводят любовниц и любовников, жрут, спять и умирают; попути высказывая свои идеи в качестве забавного анекдота, либо в качестве пространных сытых измышлений о судьбаx цивилизации...
Вся современная цивилизиция построена на том положении, будто специализированные функции, определяющие места человека в обществе, более существенны, чем сам человек, или, вернее, что эти-то функции и есть сам человек или даже (поскольку физическая инстинктивная, интуитивная или эмоциональная части человеческого «я» не принимают заметного участия в «добывании денег» и продвижении вверх по общественной лекции) вредны и отвратительны...
... либо в качестве внутренних монологов. При всей своей интеллектуальности Хаксли абсолютно не нудный...
Ну не умею я писать про книги... Хочется цитировать — но тогда придется цитировать сразу все ;) Хочется говорить банальные слова — но их так много говорили на уроках литературы, называя каждого писателя «самобытным гением» и твердя про «вклад в мировую литературу».
Единственное, что я могу сказать — мне стыдно. Очень. Стыдно, что не прочитал это раньше.
Как украсть миллион
Никак.
Выволакивай будущее!
«Выволакивай будущее!»
Куда? Откуда?
Выволакивать будущее?
Нет, не буду.
Пусть оно само
Волочится — выволакивается.
Все равно
Все не выволочится.
Не выволакается.
Не вылакается.
[06.10.99]
О красках будня
Палитра цвета монохрома,
Весь мир — один сплошной grayscale.
И утром выходя из дома,
За стеклами очков я оставляю краски дней.
Я так устал день ото дня
Встречать столь предсказуемый рассвет.
И с радостью б размазал карту будня,
Да только краски вот в стакане нет.
/27 сентября/