буклет
13 заметок
терапия
Сейчас этот блог в основном про психотерапию.
как правильно
Слушайте меня, я вас научу правильно жить.
психология
Буржуазная лже-наука, пытающаяся выявить закономерности в людях.
практика
Случаи и выводы из психотерапевтической практики.
кино
Фильмы и сериалы.
книги
Это как кино, но только на бумаге.
nutshells
«В двух словах», обо всем.
дорогой дневник
Записи из жизни (скорее всего, не интересные).
беллетристика
Мои литературные произведения и идеи.
духовный рост
Когда физический рост кончается, начинается этот.
дивинация
Как предсказывать будущее.
половой вопрос
Про секс и сексуальность.
заяижопа
Творческий дуэт с моей женой.
магия
«Магическое — другое название психического».
Карл Юнг
игровой дизайн
Раньше я делал игры.
игры
Компьютерные игры.
язык
Слова там всякие.
людишки
Уменьшительно-ласкательно и с любовью.
культ личности
Про великих людей (то есть, в основном про меня).
hwyd
Уникальная Система Прививания Привычек.
буклет
я
идеи
блоги
spectator.ru
дети
wow
вебдев
музыка
контент
программирование
религия
дейтинг
диалоги
яндекс
кулинария
coub
fitness
символы
йога
шаманизм
tiny
ребенок

Зефирка и архетипы

9 месяцев назад в категории буклет

С идеологической точки зрения — перевести в практическую ее до сих пор не удалось — архетипы помогают смотреть на человеческий опыт, как на трансперсональный, вне-личностный, общечеловеческий. Этот способ не надо путать со статистическим, который предлагается современной психологией.

Попробую проиллюстрировать это на моем любимом примере с зефиркой. Есть эксперимент, вошедший в анналы поп-психологии: детям давали зефирку и предлагали подождать 5 минут и не съедать ее, если детям это удавалось, им давали еще одну. Сделали вывод, что люди, которые умеют откладывать удовольствие, добиваются успеха в жизни. «Практические выводы» тоже понятны: надо развивать в себе умение откладывать удовольствия и на основе этой идеи можно написать миллионы книг самопомощи про «отложенное удовольствие».

Мне никогда не нравился этот эксперимент, лет пять назад я описал следующую идею рассказа. Семья психологов узнает про эксперимент с зефиркой, тут же собирается на семейный совет и решает повторить эксперимент. Дают ребенку конфету, все объясняют. Ребенок думает 20 секунд и съедает.

Семья в панике: ребенок вырастет неудачником. Мама рвет на папе волосы, папа обвиняет маму в том, что ребенок от соседа. Ребенка, понятно, никто не спрашивал — зачем с таким вообще говорить, он не может ставить долгосрочные цели и отказываться от краткосрочных удовольствий.

Потом, например, бабушка или прочий deus ex machina — ну, кто-то, не являющийся психологом, разумеется — решает ребенка расспросить про его чувства. Ребенок говорит: «Вот, родители совершенно внезапно дали конфетку и обещали зачем-то две. Я подумал, что две конфеты — это прекрасно, но у меня и так диатез и три пломбы, к тому же мама всегда говорила, что сладкого много вредно. Съем-ка я всего одну, что я, не личность, что ли».

Сатирический эффект, конечно, в том, что ребенка никто не спросил. Потом этот эксперимент опровергли[1]. Оказалось, что некоторые дети из плохих семей просто не доверяют взрослым, на основании собственного опыта. Дети из богатых семей просто не ценили зефирку, потому что имели их дома — и так далее. Это, конечно, еще не «спросили, наконец, ребенка», но уже что-то. Очевидно, что «успех в жизни» зависел не от умения откладывать удовольствия, а от того, из какой семьи ребенок и никаких других выводов сделать нельзя: эксперимент из психологического превратился в социальный.

Подход «а что для тебя зефирка?» — гуманистический, в своей практике я задавал такой вопрос людям и выяснял разные вещи про них — например, что они не доверяют экспериментатору. Я обещал иллюстрировать этим примером трансперсональный подход, и это нелегко. Можно, например, говорить, что жертва ведет к мудрости, но не всегда ведет к награде: Если ты откажешься от зефирки, то ты можешь получить в награду вторую, а можешь получить мудрость или опыт[2] (если экспериментаторы обманут). Мифически это восходит к истории о том, как Один висел на дереве Иггдрасиль и yada yada.

Еще одна связанная с этим чисто юнгианская идея — потому что тоже про сладости[3]: притча, о том, как к Рамакришне Парамахамсе пришла бабушка с внуком, который ел много сладостей и попросила помощи. Рамакришна попросил вернуться через месяц. Когда они вернулись, гуру сказал мальчику «Не ешь сладкого». Бабушка удивилась — мол, и стоило такого ждать месяца? Рамакришна ответил, что стоило — весь этот месяц он сам не ел сладкого (и это было нелегко).


[1] Revisiting the Marshmallow Test: A Conceptual Replication Investigating Links Between Early Delay of Gratification and Later Outcomes.
Tyler W. Watts, Greg J. Duncan, Haonan Quan
[2] Женись непременно. Попадется хорошая жена — станешь счастливым. Плохая — станешь философом. (Сократ)
[3] На самом деле потому что по аналогии с «заклинателем дождя»: см. «Перенос».
0

Архетипы

9 месяцев назад в категории буклет

Понятие архетипа породило величайшее непонимание и — если возможно судить по яростной критике — должно считаться крайне трудным для понимания.
Карл Юнг

Архетипы — простая для понимания и очень хорошая идея Юнга, соотносящаяся с «комплексами» и в какой-то степени «испорченная» — для меня — излишней поэтичностью. В какой-то степени все юнгианство «испорчено» поэтичностью, но другие способы разговаривать об этом, наверное, еще хуже.

Человек не рождается «пустым». Или все-таки рождается? Есть старый спор, насколько сильно на человека влияют условные «гены», данные до рождения, а насколько — воспитание, полученное после рождения, известный под именем nature versus nurture («природа против воспитания»).

Примерно на стороне «больше всего влияет воспитание» находится старая идея о tabula rasa — вы наверняка о ней слышали — представление о том, что человек рождается в виде пустой глиняной таблички, которая заполняется в процессе жизни. Идея выглядит убедительно — как и то, что земля плоская — на основании наблюдений: маленький ребенок не умеет и не знает вообще ничего.

Идея же архетипов утверждает, что в психике при рождении уже что-то есть, и это — не что-то конкретное («ребенок знает свой домашний адрес и имена родителей»), а схемы восприятия реальности.

Юнг настаивал, что архетипы есть незаполненные формы, пригодные для наполнения универсальным общечеловеческим опытом в любое время и в любом месте, будь то рождение, сексуальность, смерть; любовь и утрата, рост и увядание, радость и отчаяние. Каждый архетип содержит в себе полярности как инстинктивных телесно-физических, так и не связанных с телом психических реакций – на холод и тепло, на чёрное и белое, на любые жизненные события.

Утверждают, что всеобъемлющее учение Юнга об архетипах соответствует современным представлениям нейронаук (Knox, 2003). Архетипы являются психическими эквивалентами так называемых нейронных связей головного мозга: мы рождаемся на свет с этими структурами, но активизируются ли они или нет, — зависит от нашего жизненного опыта. (Pally, 2000,1).

Маргарет Кларк «Отношения Эго и Самости в клинической практике: путь к индивидуации».

Проще всего это представить на примере верха и низа. Я не уверен, что верх и низ — это архетипы (но никто не уверен, что такое архетипы).

Ребенку не надо объяснять концепт верха и низа, даже если обучать его словам «верх» и «низ». Можно сказать, что способность ориентироваться в пространстве является врожденной, но это упрощение. Более точным было бы сказать, что у человека есть не только «ощущение» верха и низа, но еще и «отношение» к верху и низу: то, что «выше» считается «лучше», смотри «низменные чувства», «низкое поведение», «унижение» и «возвышение», «превозносить». Это все опять физические метафоры движения, но откуда-то такое отношение взялось.

Можно предположить, что — это часть культуры, которой человек все-таки обучается незаметно для себя, может быть — вместе с языком, ребенок сначала узнает про «низкое поведение», а потом усваивает, что низ — это плохо, но отношение к верху и низу на протяжении всего человечества постоянно и совпадает в разных культурах[1]. Это отличается от культурных установок, например, «стройные женщины — красивые», потому что мы легко можем проследить, как требования к стройности менялось у разных народов и в разные времена.

О внутреннем устройстве психики можно говорить на разных уровнях: например, можно утверждать, что мозг человека просто устроен так, что человек является социальным существом.

Можно говорить даже, например, о «зеркальных нейронах», благодаря которым человек испытывает эмпатию — что на каком-то уровне нелепо: нейроны — это атомы мозга, в греческом понимании (неделимые частицы, из которых все состоит), а «зеркальные» — это метафора отражения. То есть, «зеркальные нейроны» — это миф о том, что в человеке есть мелкие элементы, с помощью которых он отражает настроение других, именно поэтому он может испытывать эмпатию — представление, уровня «у воды гладкие атомы, поэтому она может течь» (Демокрит).

А можно говорить, что в каждом человеке есть архетип Деметры, более известной для широкой публики как мать-сыра-земля, то есть, что у каждого человека есть потенциальная способность сострадать, как у матери, и наглядным примером реализации этого архетипа является мать. (К слову, архетипов матерей хватит на всех и на все вкусы, там не только сострадание).

Идея все та же: человек рождается с потенциальной способностью к эмпатии и даже с потенциальными формами ее выражения, и если представить себе мысленный эксперимент, в котором в результате ядерной войны человечество утратило все, воспитывалось машинами, а потом встретилось мелкими группами, то скорее всего группы независимо от друг друга научатся обниматься.

Еще есть идея, что в мире существует всего N сюжетов произведений, причем N разнится в зависимости от источника: каждый режет торт по-своему. Воннегут, например, считал, что N равно восьми.

Универсальная схема — сюжет сюжетов — называется «Путешествие героя»[2] и очень грубо состоит из того, что герой отправляется в путь, в середине пути он почти находит, что хотел, но терпит временное поражение, а в самом конце пути все-таки находит. Даже глупые романтические комедии строятся по этому принципу (во второй половине произведения герои обязательно должны расстаться на время из-за какой-нибудь ерунды).

Можно рассматривать сюжеты, как архетипы. Как бы человечество ни выкручивалось, а выйти за человеческие сюжеты все равно не получается. Конкретные произведения в этом случае можно называть реализацией архетипов. Загвоздка в том, что архетип невозможно ухватить в «голом» виде, а как только пытаешься исследовать его в виде реализаций, неизбежно сталкиваешься с тем, что исследуешь конкретную реализацию, но архетип улизнул все равно.

Допустим, я хочу исследовать «архетип» мести, для этого я беру фильм Commando 1985 года, как древнейшее из известных человечеству произведений на эту тему и досконально исследую его, каждый сюжетный нюанс, каждую выбранную деталь и глубокий символизм. Потом я беру множество других фильмов, в том числе Taken 2008 года, исследую их тоже.

После долгих лет исследований получаю схему «у опасного чувака на пенсии по незнанию украли дочь (убили собаку) и поплатились». Не густо — и не понятно, куда ушли все эти годы. Например, несомненно прекрасную Марию-Луизу фон Франц я не могу читать именно поэтому. Особенность юнгианцев состоит в том, что они широко используют культурный материал, в основном литературный и в основном мифический, и если вы не заканчивали филологический факультет, то может быть тяжело[3].

Все та же Фон Франц пишет:

При хорошем знании мифологии можно получить полную картину всевозможных архетипов. Всегда можно обнаружить легенду или сагу, в которой соединены два архетипа в новую форму. Трагедия заключается в том, что люди, пишущие на мифологические темы, этого не осознают, выбирая какой-то один излюбленный мотив, например мотив солнца, и потом интерпретируют все мифы с этой точки зрения. Затем приходит другой человек и говорит, что все связано с луной. В то же время Мангарт (Manhardt) утверждает, что во главе всего стоит бог растительности, связанный с деревьями. Для Эриха Ноймана (Erich Neumann) главной была уроборическая мать и т. д. Китайцы сказали бы, что если ты потянешь за корешок одной травинки, ты вытянешь весь луг; именно это Юнг называет загрязнением архетипических образов.

Все архетипы влияют друг на друга. Поэтому, по моему мнению, вполне целесообразно использовать идею поля применительно к коллективному бессознательному. Тогда можно сказать, что бессознательное — это поле, в котором активизированные точки являются архетипами, между которыми можно установить взаимосвязь.

Мне кажется, это в целом верное, хотя и крайне сомнительное утверждение: при знании мифологии можно получить «полную» картину архетипов только в масштабах знания, чем больше знаешь — тем ловче на архетипы ты можешь условно порезать психику, но ни о какой полноте речь не идет, кроме того, выбор излюбленного мотива осуществляется не на основании скудности знаний, а на основании излюбленности — «я художник, я так вижу». И я бы рассматривал архетипы, как разноцветные акварельные пятна[4], наложенные друг на друга, а не как точки.

Другая интересная идея, которую я думаю — и, возможно, способ исследовать архетипы по-другому[5] — состоит в том, что так называемые «мемы» — не в понимании Ричарда Докинза («Эгоистичный ген») — а в понимании «современные объекты культуры» являются максимально атомарными (то есть, неделимыми) реализациями сюжетов.

Один из первых мемов — Rage Guy — появился в 2008 году и представлял собой очень плохо нарисованный комикс, на последнем кадре которого изображено лицо человека в ярости. Первые три кадра тут же отрезали и потеряли, потому что совершенно не важно, что вызвало ярость.

Мемы, типа «твое лицо, когда ты...» построены по этому же принципу: «все знают это лицо». Новые мемы создаются по шаблону, берется ситуация, когда ты делаешь такое лицо и приклеивается к такому лицу, которое ты делаешь, когда. Получаем максимально быструю репликацию сюжета при максимальном уровне обнажения типичного, указующий палец становится все более указующим и все менее пальцем и почти превращается в ссылку и оказывается, что лицо универсально, а ситуация типична. Архи-типична!

С практической точки зрения польза от знания архетипов примерно такая же, как польза знания своих комплексов: это — устойчивые конструкции, которые работают, словно русла рек или знакомые колеи: туда легко попасть, и требуются некоторые усилия, чтобы оттуда вылезти. В популярной психологии это может называться «жизненными сценариями». Кроме того, «если нам известна архетипическая констелляция, лежащая в основе ситуации, то мы можем предвидеть развитие событий» (Фон Франц), то есть предсказания будущего во многом основаны на том, что колесо останется в колее.


[1] Немецкий этнограф Адольф Бастиан в 1860 году в книге «Человек в истории» выдвинул идею «элементарных мыслей», которые повторяются у людей разных культур, можно рассматривать архетипы Юнга, как продолжение этой идеи.
[2] Тут ради приличия должен быть упомянут «Тысячеликий герой» Кэмпбелла.
[3] Парадоксальным образом, лучшая книга (с картинками) про архетипы, которую я читал — это «Астрология и мифология», Семира, В. Веташ. Если вас пугает слово «астрология», то зря, авторы не учат предсказывать будущее, а рассматривают астрологические символы, которые, как легко догадаться, являются проявлениями архетипов и привлекают для этого мифологический материал.
[4] И некоторые люди при этом — дальтоники.
[5] Немного поразмыслив, приходишь к выводу, что этот способ, являющийся непрерывной языковой игрой, надо назвать именем Витгенштейна (то есть — Людвигом).
0
Мой «Курс реабилитации людей с техническим образованием».

Комплексы

Все воспитание сводится именно к тому, чтобы привить ребенку длительные устойчивые комплексы. (Карл Юнг) (еще 346 слов)

Юнг

И, наконец, этот сумасшедший — Юнг. Ссора Юнга и Фрейда — это архетипическая ссора интроверта с экстравертом. Их главное противоречие — в направлении внутрь-наружу, которое заключается вовсе не в отказе Юнга от сексуальной теории: Фрейд боялся Ид и в целом вынуждено и брезгливо залезал в нижние отделы психики, только чтобы «вылечить» пациента, в то время, как Глубины были у Юнга любимым местом. (еще 337 слов)

Фрейдизм (идеология)

"Если говорить о социальном воздействии фрейдовского творчества, то оно привело к образованию своего рода секты: Фрейд лично основал ассоциацию своих сторонников, из которой впоследствии были изгнаны все еретики. Фрейдизм стал религиозным движением, принявшим облик научной школы. Религиозная вера не подлежит обсуждению; но иногда удается кое-чему научиться и у тех людей, с которыми невозможно дискутировать. (еще 1087 слов)

Фрейд как человек

Гений этого человека не поддается точному определению. С одной стороны, он смог выполнить одно из главных маркетинговых правил успеха: «не можешь занять место в существующей нише — создай новую». (еще 1392 слова)

Психосексуальная теория

Пусть простаки и чернь продолжают верить, будто любые раны разума можно исцелить ежедневными припарками из древнегреческих мифов на интимное место. Меня это не волнует.
Vladimir Nabokov, Strong Opinions (1990) (еще 918 слов)

Символизация

Люди мыслят и общаются образами, символами и метафорами, и делают это всегда, даже когда думают, что не делают. (еще 1682 слова)

Бессознательное

Согласно известному коану Фрейда, «Психоанализ является тем орудием, которое должно дать Я возможность постепенно овладеть Оно», часто он переводится и трактуется, как «бессознательное должно стать осознаваемым». Овладевание состоит в том, что некоторые неосознанные поступки и мотивы становятся осознанными, после чего человек может ими управлять. (еще 852 слова)

Катартическое лечение и невротический конфликт

«Интерес Фрейда к собственной психике, его наблюдения в период увлечения кокаином, переросшие в продолжительный анализ, знаменуют собой начало глубинной психологии». (еще 2121 слово)

Терапия — разговорная практика

Психотерапия — это диалог с человеком, разговорная практика. Ее не получается уложить в простую формулу, типа «говорить, что делать», но формулировку «один человек говорит с другим для того, чтобы...» можно использовать для описания разных школ терапии, у каждой из них своя мотивация, свое «чтобы». (еще 810 слов)

Буклет: вступление

Все знают, чем не занимаются психотерапевты: не дают советы и не говорят, что делать. Мало кто знает, чем они занимаются на самом деле, хотя правильные слова известны многим: «передают ответственность за свою жизнь», «помогают раскрыться», «присутствуют», «избавляют от комплексов» — это все понятно, но что конкретно? К сожалению, психотерапия так или иначе работает, поэтому варианты, типа «дурят людям голову» и «берут деньги за страдания» мы рассматривать не будем. (еще 1063 слова)