Лимб — еще не предел!
Где-то в России по телевизору кто-то сказал (я видел клип в интернете), что Украинцы не хотели делиться рецептом борща, это и есть самый настоящий нацизм. Нет, я не шучу. Мария Захарова сказала.
И я вспомнил, что давно хотел рассказать, как на терапевтическую группу приходили две клиентки, которых можно было назвать пограничными. Ну и что аналогия, конечно, полная: Россия — клиент с пограничным расстройством личности. Мысль банальная, но кто с ними работал, тот Всё Поймёт без дальнейших слов и дальше может не читать.
Вторая клиентка, скажем, Варя, умудрилась настроить против себя группу на первой же (приветственной? welcoming?) сессии, после которой группа решила расстаться с участницей (или наоборот?). Варя сразу зашла с позиций «все враги» и тут же перешла к нападению. Это был первый случай в моей практике, чтобы кандидат устроил такой ажиотаж на первой сессии. (Обычно всё очень деликатно, группа всё-таки терапевтическая, и в первые слабые конфликты новенький начинает вступать через полгода сам, дедовщины и коррупции почти нет).
Первая клиентка, скажем, тоже Варя, продержалась подольше, и в первый раз сорвалась по-моему как раз на борще. (Написав, я навёл справки, это был другой суп). В рамках не терапевтического разговора («в курилке») Варя поделилась своим рецептом, люди — своими. Этот факт Варя восприняла так, что её борщ и её саму здесь принижают. Делясь своими рецептами. Которые отличаются от её рецепта. Следовательно, он плохой. Превосходство одного рецепта над другим — это ли не нацизм?
Дальше какое-то время группа обходилась с ней максимально нежно (насколько могла, они же обычные люди), но несколько раз случалось примерно то же самое: у клиентки что-то щёлкало внутри, она выбирала любое слово или жест и начинала трактовать это, как нападки. И атаковала в ответ. У группы несколько раз получилось это всё пережить, много раз объяснить, что мы не это имели ввиду и помириться, но однажды нападки стали невыносимыми, и клиентка ушла.
Вы же понимаете, на что я намекаю? Во-первых, «прекрасное совпадение!», если про борщ. А в целом, ситуация «кругом враги» понятна, тем более, что кругом — не терапевтическая группа, а злые вражеские государства. Это другое. Хотя, конечно, идея «а вдруг кругом не враги, а просто люди» совершенно революционная. Нет, без шуток и сарказма — революционная.
Этим, к слову (внезапно!), мне не нравится «Стокгольмский синдром». Мол, «у россиян — Стокгольмский синдром». Во-первых, в рамках импортозамещения пусть он будет «Воронежским». Во-вторых, это всё равно некорректно. Нет у них этого синдрома. Когда говорят «Стокгольмский синдром», обычно подразумевают ситуацию, когда «нормальный» человек попал в Стокгольм, ему там так понравилось, что обратно уже не захотелось.
В случае с «нарушенными» людьми, они родились в Стокгольме и ничего другого не видели. Покинуть Стокгольм они тоже не могут. «Попасть» в Стокгольм — тоже. Поэтому не синдром.
Я как-то писал, о людях, у которых чего-то нет. В данном случае — нет идеи о том, что кругом не враги, поэтому дорасти до неё, но не на уровне «да, есть такая идея, но это фуфло», а на уровне «рискнуть попробовать пожить с этим». Сделать так — действительно занятие революционное (и опасное, вдруг все-таки враги).
(Справедливости ради, концепция «дружбы» существует, но она тоже «пограничная». Так, например, мама моего клиента огрела бывшую подругу табуреткой, как только та стала «предательницей», то есть, сделала что-то, что ей не понравилось).
Отдельная большая боль — что маман моя, царствие ей небесное, тоже вполне себе была человеком с пограничной организацией личности, и все эти фокусы я знаю с детства (и выработал противоядие). Участницы, к слову, как сейчас модно говорить, «стриггерили» многих людей в группе, у которых тоже были мамы, но меня — нет (ибо духовно порос я до неведомых простым смертным вершин, прошел терапию и похоронил маму, во всех смыслах).
Само название «пограничный» пошло от «borderline» и по смыслу должно было переводиться, как «находящийся на грани»: туда записывались люди, которые не настоящие сумасшедшие («психотики»), но почти-почти. Находиться в этом почти-почти состоянии они могут сколь угодно долго, не переходя границы и не попадая в Украину.
Вот ещё слово хорошее: лимб (лат. limbus — рубеж, край, предел). «Вы находитесь здесь».
Что бесило (ещё до того, как я окончательно порос) больше всего: родная жена считала родную мать человеком нормальным. Я рассказывал, конечно, всякие безобидные истории из детства (ну, вроде таких, что мне, когда я был ребёнком, не устраивали на дни рождения праздники, потому что «много мороки», это правда самые безобидные), Катя сначала не верила, потом спрашивала у мамы, а та совершенно спокойно подтверждала, потому что «ну а что такого?». Спустя годы, наконец, дошло.
Продолжая аналогию: Хомак очень обиделся на Шульман, за то, что она сказала «правы оказались все городские сумасшедшие». Наверное, не только он. Были и другие люди, которые много лет кричали «да вы что, она (мать моя, родина) ебанутая!», а все вокруг не верили.
Но она не ебанутая. Она «на грани». Это, вообще, довольно интересно, хотя и страшно, наблюдать, как «здоровые» люди долго не могут понять, что «пограничные» — это отдельная категория (часто используемая, как «остальное»), как раз потому, что «ни рыба — ни мясо».
То же относится и к «полубреду», в котором пациент находится. Госпитализировать рано, ещё не полный бред, может он просто шутит? Нет, человек не шутит. Более того, полубред-то прочно укоренён в реальности. Например, я сразу понял, почему Зеленский наркоман — потому что за легализацию. Нацисты, разумеется, в Украине тоже есть — потому что есть (целый полк!). Русский язык действительно притесняют, потому что не все говорят по-русски (а у нас — все). Запад, естественно, нападает на Россию и вводит санкции, потому что хочет задушить — и это правда. То, что он делает это в ответ?.. Ну, конкретно этот незначительный кусочек может и выпасть, к тому же его надо ещё доказать, но в остальном-то всё верно.
Всё это — не коварный обман и не «пропаганда, в которую сам же и поверил», это просто такой самобытный способ мышления.
Один из моих любимых реальных записанных диалогов, например:
Сижу, тренируюсь играть на губной гармошке.
— А ты почему ноты не учишь? Ну, мелодию бы разучил на гармошке, — говорит мама.
Катя опрометчиво решает поговорить:
— Так, а что он что делает?
— Ну, он одну и ту же мелодию играет, бубубу, бубубу.
— А как учат?
— .... А.... Немецкая что ли мелодия?
— Почему немецкая?
— Ну, немцы же на губных гармошках играют.
До нацизма чуть-чуть не дошли, а могли бы.
И о немцах. Вот в новостях пишут, что «Президент Германии Штайнмайер впервые признал, что попытки наладить контакты с Москвой были ошибкой». Тут, конечно, можно думать, что это двуличные западные прогнившие политики, которым нравится сидеть на игле российского газа, и они скажут, что угодно. А можно думать, что «нормальным» людям трудно распознать «пограничных».
Пока те не свалятся в психоз. Тогда все вокруг и прозревают.
Looking for Alaska
But she’s not afraid to die
all her friends call her «Alaska»
When she takes speed, they laugh and ask her
What is in her mind
what is in her mind
Когда я смотрел сериал, я думал, что никто не сможет убедить меня, что Looking for Alaska не имеет ничего общего с песней Луи Рида. И действительно, на IMDB написано: «The idea of Alaska’s name initially came to John Green as he was watching The Royal Tenenbaums (2001). The Velvet Underground song «Stephanie Says», which plays in The Royal Tenenbaums, contains the lyrics «She’s not afraid to die. The people all call her Alaska»». Это, конечно, позор, что человек узнаёт про Velvet Underground из саундтрека, но хотя бы так.
Но по порядку. Мини-сериал, снят по книге, а значит, законченный и без сюжетных дыр. На первый взгляд — обычная coming of age («про взросление») драма с подростками. Но только на первый.
К слову, я трепетно отношусь к подростковым драмам. Вообще, чтобы снять драму, надо сделать герою плохо, и способа, глобально, два: либо мир — говно, тогда выходит какая-нибудь социальная драма, либо герой — идиот и портит свою жизнь сам. Во втором случае смотреть на это невозможно, если герой взрослый человек. Ну нельзя таким быть в этом возрасте уже. Дуракам не сопереживаем. Если же герой подросток, то всё простительно, потому что естественно.
Дальше, наверное, спойлеры, но деваться некуда. Поначалу всё стандартно: есть Manic Pixie Dream Girl — это такой женский ебанутый «оригинальный» персонаж, который меняет жизнь главного героя. И в этом сериале герой, разумеется, тут же влюбляется и вот эта вся прекрасная юношеская сопровождающая ерунда.
В конце же драма становится настоящей: героиня умирает (впрочем, про это есть спойлеры в самой первой серии, и весь сериал — один большой флешбек), и тут оказывается, что мир-то гораздо серьёзней, чем мы видели его из глаз подростков. Декан оказывается не злостным полицейским, а человеком, который реально заботился о благополучии школьников (и, видимо, не зря!), но они его просто отвергали в силу своего возраста и его взрослой роли, пьяное вождение действительно опасно, а человек может быть суицидальным алкоголиком, что его друзьями воспринимается, как весёлая безбашенная крутизна.
Сериал, выходит, реально про взросление, и чтобы так тонко сводилось два мира, я давно не видел.
Отдельно стоит упомянуть, что называется, «вайб» сериала. Он действительно по-подростковому беззаботный и радостный, и ничего не предвещало беды, и даже то, что нам в первой серии прямым текстом сказали, что будет что-то плохое, отметается: «Обойдётся!». Драма только лишь просачивается намёками, пока не прорывается одним огромным куском. И, увы, Manic Pixie Dream Girl в реальной жизни часто заканчивают именно так (а не как в кино).
Рекомендуется всем, кто всё ещё любит «ебанутых девушек» (или любил в подростковом возрасте, как я, но потом одумался и перестал).
Кузнецова и лучики добра
Как самым моим преданным поклонникам известно, я писал художественную книгу. И вот — дописал. 76 тысяч слов, по объему как первая книга «Гарри Поттера».
Если бы меня попросили описать книгу в 500 знаках — а меня попросили — я бы выдал следующее:
«Новая искренность». Метамодернизм. Деконструкция. Давайте проще! Деконструированный сэндвич — ресторанное блюдо, состоящее из приготовленных ингредиентов сэндвича, разложенных на тарелке. Зачем? Читатель может создать композицию на свой вкус, смешивая и выбирая. Автор же оттачивает мастерство: деконструкция — это понимание посредством разрушения стереотипа. Состав этого сэндвича: фэнтези, путешествие и приключения, психологическая драма, утопия, сатира с иронией, мистификация и секс.
Об авторе, к слову, я написал вот это:
Молодой (42 года) и начинающий (это его первая книга) автор, но уже подающий надежды: 23 года он ведёт один из старейших блогов рунета (spectator.ru), что дает нам повод надеяться, что хоть как-то писать Дмитрий научился. К тому же последние семь лет автор выступает в роли психотерапевта, что тоже повод для оптимизма: возможно, персонажи книги выйдут убедительными, со всем их внутренним миром и пр.
А можно подробней, про что она?
Всеми любимый «Рик и Морти» — произведение в принципе метамодернистическое, остающееся при этом прикольным мультиком. В моем определении, это «сериал, который знает, что он сериал» (не говоря уже про Community). Дело не только в сломе четвертой стены, или в эпизоде про поезд, который вообще ни в какие ворота, но и в более тонких вещах.
Например, в обычном современном фантастическом сериале Orville, где-то в третьей серии героев загоняют в ловушку, словно диких животных. Потом идут минуты мучительной интриги и оказывается, что они находятся в космическом зоопарке в качестве экспонатов. Зритель, если он видел больше одного сериала в жизни, страдает: с первых же секунд очевидно, что раз тебя поймали как животного, то ты окажешься в зоопарке.
В «Рике и Морти» тоже есть сцена побега из зоопарка, занимает она несколько минут, потому что пошло тратить на это целую серию, герои спасаются, используя не по назначению ход из фильма Contact 1997 года. Далее — два варианта. Если зритель фильм не смотрел, ему все равно смешно, потому что ход неожиданный. Если смотрел — ему смешно, как и первому плюс дополнительно смешно, потому что он понял, что с ним играют, ломают не четвертую стену, а черт пойми какую, как бы говоря: «смотри, мы снимаем фантастический сериал, знаем о существовании другой фантастики и думаем, что ты тоже знаешь».
Всё это — пока что банальный постмодернизм, постпостмодернизм (он же — метамодернизм) — всё то же самое плюс погребенные под слоем намёков персонажи, которым хочется переживать по-настоящему.
У меня — совсем по-другому, просто вместо Рика и Морти — Дон и Рина, в остальном же — вообще ничего общего. Книга — юнисекс, подходит мальчикам и девочкам, проходит тест Бекдел.
Я так и не сказал, про что она?
Редактор, который работал над книгой (вы его не слушайте, он лицо заинтересованное), оставил такой отзыв:
Что касается впечатлений от произведения, то они, на удивление, только положительные. Мне в принципе импонирует подобное «смешение жанров», но, к сожалению, на практике итоговое блюдо редко у кого получается вкусным из-за неоправданного стремления принадлежать к «высокой кухне». Здесь не так. Формальная оболочка в жанре фантастики, увлекательный сюжет, сохраняющий интригу до последней страницы, ирония, которая всегда к месту и не переходит границ, легкий язык, — всё это обеспечивает общедоступность текста, а вот дальше… Дальше каждый читатель увидит в нем то, что ему ближе, в зависимости от культурного кода, который содержится в нем самом. И вот это самое замечательное. Особенно отмечу язык: он никоим образом не мешает воспринимать содержание — в моих глазах это особое достоинство. Крайне не люблю всяческой зауми, зато, например, мне очень нравятся картины Сальвадора Дали, где парадоксальное представлено с исключительным реализмом, что заставляет взглянуть на наш мир и нашу жизнь иначе, чем мы привыкли. Точно так же и в этом произведении.
Как почитать?
Скачать (pdf, epub, mobi, fb2)
Что потом?
Я завел канал в телеграмме для тех, кто захочет обсудить прочитанное, приквелы и сиквелы и пообщаться с автором.
Бумажная версия есть?
Бумажную книгу можно купить здесь или здесь.
* — Results may vary. Печенюшки, маршмеллоу, кружка с блюдцем и всё остальное в комплект не входят.