Язык ненависти

Я очень люблю психоанализ и психоаналитиков, правда. Никто еще не описывал глубины психики так тщательно, как они. Психоаналитический язык тоже понимаю, и местами люблю (там где особенно про жопу), но к нему есть, скажем так, вопросики.

Возникновение его я вижу так: самые понятные метафоры — телесные/инструментальные. Я дошел до мысли. Я врубился в идею. До меня доперло. Фрейд взял темы «ниже пояса», потому что был уверен в буквальность психосексуальной теории, его последователи сделали их метафорами.

Идея (если не считать, что он извращенец) понятна: давайте найдем самое примитивное (от лат. primus — первый), что можно представить. Если влечение, то половое влечение. «Если чего-то хочется, то бабу хочется больше всего, поэтому все хотение будем теперь называть либидом». Если что-то куда-то надо вставить, то это будет разъем мама-папа.

Контраргумент — платоновский мир идей: если существует «влечение» как таковое, как идея, то половое влечение является — да — первой его реализацией, но всего лишь реализацией, а не основой. Основа — бестелесная идея влечения. Называть влечение либидо — это как все копиры называть «Ксероксом», потому что ксерокс появился в России первый.

Далее появились Кляйн и товарищи и к половым терминам добавили младенческие, по тому же принципу: самые ранние. Психоаналитиков стали сравнивать с грудями потому, что грудь — это первых объект в жизни ребенка, который о нем заботится. Не мать, младенцы сначала выстраивают отношения с титькой, и только потом замечают мать, годам к тридцати.

Это все понятно, дальше идет интересное, которое формулируется, как «неужели они сами не видят?».

Психоаналитики упорно делают вид, что это нормальный язык. Но нет ведь. Например, я иногда использовал психоаналитический язык, чтобы потроллить фрустрировать клиента, потому что обычные, не подготовленные люди, как-то странно реагируют, когда им говоришь про говно.

Вот, скажем, фекалии — это первое творение, которое производит в своей жизни человек, у ребенка сложные отношения с собственным калом и от того, как родители реагируют на него, может круто поменяться судьба. Я не шучу: неудачные приучение к горшку могут привести к тому, что во взрослом состоянии человек не только не сможет срать, не включая воду в ванной, но и не сможет говорить на людях и заниматься творчеством.

Язык, нормальный, это тонко чувствует. Когда автор произвёл что-то неудачное, ему говорят «высер» или «креатив гавно». Это обидно не только потому, что правда, но и потому, что «говно» и «высер» сами по себе несут негативную коннотацию. Это бранные слова. Можно ли сказать по-другому? Да, конечно.

«Пациент. Моя голова раскалывается [букв. «расщепляется»]: может быть, мои темные очки».

Бион добавляет, что несколькими месяцами ранее он сам как-то раз надел темные очки.

«Аналитик. Ваше зрение вернулось в Вас, но раскалывает Вашу голову; Вы чувствуете, что это очень плохое зрение из-за того, что Вы с ним сделали».

Пациент вынужден был вернуться к боли зрения, которая была причиной его исторжения. Очки — которые, как полагает пациент, были ответственны за возвращение его зрения — могут также представлять аналитика, или по крайней мере функцию аналитика по возвращению смысла в его переживания. Очки таким образом представляют собой зрение, которое, по его ощущению, плохое (они обозначены как темные, чтобы передать плохую, сердитую или мстительную его часть, которая его ранит — затемненные, как фекальные остатки).

«Пациент. (болезненно двигаясь, словно защищая свой задний проход). Ничего.
Аналитик. Похоже, это Ваш задний проход.
Пациент. Моральное осуждение [букв. «сужение»].
Я сказал ему, что его зрение, темные очки, ощущаются им как совесть, которая наказывает его, отчасти за избавление от них ради избегания боли, отчасти потому, что он использовал их для слежки за мной и своими родителями».

...

Бион дал интерпретацию своему пациенту, «человеку, утратившему зрение» (p. 140), что тот «почувствовал, что утратил свое зрение и способность разговаривать с матерью или со мной, когда избавился от этих способностей, чтобы избежать боли». Он вызвал у пациента физические содрогания, когда выстроил картину эвакуации пациентом своего зрения через анус в аналитика, который затем также это зрение эвакуировал.

Роберт Хиншелвуд

Вот отрывок.

С одной стороны, можно весьма успешно прикрываться тем, что это все — психоаналитические термины, необходимые для передачи тонких нюансов смысла. С другой — если выкинуть выделенные места, смысла не убудет. То есть, «темная часть» — это понятно. «Темная часть, как говно» — тоже понятно, но вызывает вопросики.

«Он вызвал у пациента физические содрогания, когда выстроил картину эвакуации пациентом своего зрения через анус в аналитика, который затем также это зрение эвакуировал». Не главным ли тут является именно вызывание физического содрогания? Это же троллинг! Можно ли сказать по-другому? Да конечно.

Я, например, люблю рассказывать клиентам анекдоты, потому что они по сути тоже примитивы. Среди них есть много «пошлых», и я их рассказываю с превеликим удовольствием, но по эвакуацию из жопы я бы рассказал такой:

Больной белой горячкой пришел к доктору.
— Доктор, что-то по мне какие-то крокодильчики ползают (стряхивает их с себя).
— Ну что же вы их на меня бросаете?! (стряхивает обратно).

То, что пациент заерзал жопой на стуле — тоже понятно. Как у нас говорят — «очко жим-жим». Но зачем? У нас понятно зачем, а им? «Я-то муж, а вам это зачем?» (анекдот).

Первую гипотезу «зачем» я уже озвучил: это гипотеза обезьяны, от которой когда-то произошли все психоаналитики. Фрейд начал говорить про пенисы, остальные подхватили, особенно не рефлексируя. Это, кстати, отдельная тема: я довольно мало видел рефлексии самих аналитиков на тему аналитического языка (может быть, я просто не образован). Почти все они делают вид, что все нормально. Что, разумеется, является вытеснением!

Вторая гипотеза — широкая, в нее в итоге сошлись все мои гипотезы поменьше. Она лежит на поверхности, потому что отрицается и заключается в том, что психоаналитические термины — это бранные слова.

Не все так просто и банально, википедия сообщает там, что «В. И. Жельвис выделяет 27 функций инвективной лексики», и не все функции сводятся к «обосрать». Идеально к психоаналитическому языку подходит много функций брани:

1. катартическая (снять напряжение),
   
2. криптолалическая функция (чтобы чужаки не понимали),
   
3. для самоподбадривания,
   
4. средство дружеского подтрунивания или подбадривания (когда терапевты друг другу диагнозы ставят),
   
5. представить себя «человеком без предрассудков»,
   
6. реализация «элитарности культурной позиции через её отрицание»,
   
7. нарративная группа — привлечение внимания,
   
8. апотропаическая функция — «сбить с толку» (фрустрировать клиента),
   
9. передача оппонента во власть злых сил,
   
10. магическая функция,
    
11. ощущение власти над «демоном сексуальности»,
    
12. эсхрологическая функция (ритуальная инвективизация речи), самый интересный вариант,
    
13. инвектива как бунт (точно было у Фрейда),
    
14. инвектива как искусство,
    
15. как средство вербальной агрессии (это самое простое, «обосрать», но тут агрессия завуалирована, «это же термины»)
    
16. в психоанализе применяется для лечения нервных расстройств (WTF? Но у Жельвиса есть такой пункт, то есть, он подтверждает, что язык психоанализа — это инвективная лексика)
    
    

У какого-то психоаналитика я видел идею, что терапевт может выразить ненависть к клиенту тем, что вовремя скажет «время сессии закончилось». С одной стороны — это правда и не придерешься. С другой — «наконец-то ты сваливаешь». Это значит, что психоаналитики могут замечать такие тонкие нюансы взаимодействия, однако ж язык психоаналитиков «просто есть» и остается по больше частью не отрефлексированным.

Вот, например, если сказать после сессии «нарциссический клиент накормил меня говном» это явно сброс напряжения, а если написать это в книге в двух абзацах — то уже передача знаний и научная деятельность.

Нельзя не видеть, что психоаналитический язык просто по выбору своих метафор не является нейтральным, сколько «пенис, пенис» не говори, во рту нейтральней не станет (см. выше функцию «представить себя «человеком без предрассудков»»).

Comrade Detective

В «Рукописи, найденной в Сарагосе» находят и читают рукопись. В «Товарище детективе» находят детективный сериал, снятый в Румынии 80-ых годов, переозвучивают его для американцев и показывают зрителю. Сериал — агитка и пропагандирует коммунизм так, что становится смешно, с высоты прожитых лет, когда мы уже знаем, чем это все кончилось.

Разумеется, никакой рукописи не существует, а сериал снят американцами в наше время, но действительно в Румынии, с привлечением местных актеров, говорящих на румынском, и потом действительно переозвучен поверх так, чтобы движение рта не совпадало.

Проделано это все великолепно. Если в «Чернобыле» гениально воссоздан быт того времени, то в Comrade Detective воссоздан не только быт, но и стиль, манера съемки, качество спецэффектов и пропагандисткие клише. Складывается полное ощущение, что это действительно сериал из Румынии 80-ых.

Жанр называется «мистификация». Я сказал Кате, что это оригинальный румынский сериал, и она просмотрела серию, раскрыв от удивления рот.

Кроме того, что это произведение искусства, это еще и тонкая контрпропаганда современного буржуазного Запада: создатели несколько перегибают палку, коммунистическая пропаганда не была такой тупой.

С другой стороны — нет, была. Из детства помню книгу «Были для детей» Сергея Михалкова (1985 год выпуска), и я рассматривал ее каждый раз с невообразимым удивлением. Больше всего мне нравились картинки.

С третьей стороны, пропаганда всегда основана на чем-то, негров как линчевали, так и линчуют, а сами сериалы снимают!

Казалось бы, 1985 год, но ничего не поменялось, вон там даже Карен нарисована. (Иллюстратор: Рафаил Адольфович Вольский).

В самом оптимистичном варианте этот сериал — не контрпропаганда, а сатира на пропаганду вообще.

Their goal with Comrade Detective was to create «the inverse of the entertainment-slash-propaganda that we grew up with», Gatewood agrees. So, in addition to their American inspiration, he and Tanaka did plenty of research into the kind of television that was being produced in the Soviet Union back in that same era.

У них получилось. Всего шесть серий, и хорошо. 8/10

Еще сериалы

Один из создателей «Рика и Морти» (не Дэн Гармон) сделал свой мульт-сериал с такой же рисовкой — Solar Opposites. Теперь понятно, кто в их паре носит штаны (и это Дэн Гармон). Без Дэна сериал примерно такой же интересный, как сорок пятый сезон Симпсонов и ощущается, как китайская подделка на Рика и Морти (еще до того, как Китай стал крутым). 3/10.

У моей жены есть мечта — убить всех людей и чтобы я когда-нибудь побыл гейм-мастером. Я даже изучал Fate и придумывал собственный сеттинг, но потом землю захватил смертельный вирус. Когда я сел смотреть The Expanse, я первым делом подумал «вот, хороший сеттинг для игры». Полез наводить справки, и оказалось, что я прав, это и был сеттинг.

Ty Franck began developing the world of The Expanse initially as the setting for a MMORPG and, after a number of years, for a tabletop roleplaying game. Daniel Abraham, who had authored a number of novels on his own, suggested, given the depth of the setting, that it could serve for the basis for a series of novels, noting: «People who write books don’t do this much research.»

Потом из сеттинга написали десять новелл, а потом сняли сериал, который в самом разгаре (четвертый сезон из семи). Это, короче, такой Game Of Thrones в космосе. Плюсы — в том, что к концу сериала Мартин успел дописать нормальный конец, минусы — в том, что еще три года ждать, что ли? Жанр совершенно не мой, не люблю ни космические оперы, ни эпопеи, но из научно-фантастического это лучшее, что сейчас есть. Фанаты пищат от правильно работающей физики, отсутствия дыр в сюжетах и, короче, от much research, so syfy. 7,5/10

В 1991 вышел фильм Night on Earth, в котором пять разных таксистов разводили много разных людей. Фильм, естественно, не про таксистов, а про обрывки историй из жизни. Сериал High Maintenance — не про торговца травой в Нью-Йорке, который путешествует по городу на велосипеде и развозит ее разным слоям населения (преимущественно белым). Торговец выполняет здесь такую же роль, как таксисты в Night on Earth — служит нитью, на которую нанизывают стекляшки.

Говорят, что лучше всего смотреть укуренным. 8/10.

ЛитRPG

Ден Саваж, американский секс-колумнист и гей рассказывал историю: он познакомился с парнем, и когда дошло до секса, парень начал делать это в очень странных позах. Разгадка пришла сразу — парень пытался имитировать позы из порно, когда ты не просто засовываешь, а засовываешь и оттопыриваешься, чтобы было точно видно на камеру, что и куда ты засунул.

Разумеется, это противоестественно, и я говорю вовсе не про гейский секс.
Мне фейсбук подсунул рекламу одного произведения на author.today — и я открыл для себя русский фентезийный самиздат.

Я с этим сказочным миром был знаком мало, знаю только, что есть такой жанр, как «попаданцы» — корни, видимо, восходят к «Янки при дворе короля Артура», в русской же традиции почти всегда русский человек из современности попадает во времена Великой Отечественной, и дальше всех спасает.

Оказывается, есть жанры еще хуже. Нет, я не с целью посмеяться, я главным образом испытываю удивление, а это чувство хорошее. Оказывается, есть жанр литрпг. Штук пять произведений я просмотрел, и они все одинаковые. Формула простая: человек попадает в реальную Игру (которая почему-то выглядит, как самая паршивая браузерка, несмотря на «полное погружение»), и дальше подробно описывается, что Игрок выбрал, в какие таланты вложился, сколько опыта набрал, кого убил, какой лут выпал.

То есть, люди, выросшие на компьютерных играх, пишут книги про то, как люди, выросшие на компьютерных играх, попадают внутрь какой-то игры и ведут себя так, как люди в компьютерных играх. Авторов совершенно не смущает подробные описания, как герой выбирал один из двух талантов и куда вкладывал очки.

Понятно, что это чистый фан-фикшн: если не каждый может сделать «свой фоллаут», то каждый может написать про то, как мальчик попал в свой фоллаут.

Мне, конечно, это напоминает попытки заниматься сексом в позах «на камеру», когда нет никакой камеры. Игры по «художественным качествам» в разы более убоги, чем книги, и вот это «ваша ловкость увеличилась на 1», разумеется, совершенно нечеловечно, но зато очень понятно — прогрессия. Если же писать книги, взяв за основу художественность игр... Зачем? Можно же читать книги и писать книги.

Вопрос «зачем?», конечно, риторический: люди выращены на играх и ничего другого не знают.

Случайная цитата:

«Комплект ПОМ- III. Описание: Редкое изделие. Походное одеяние мага, позволяющее пережить невзгоды жизни вне башни. Подстраиваемые слоты и карманы под требования носителя, способно изменять размеры при росте носителя. Непромокаемые ботинки. Возможность восстановления при повреждении не более 50 % поверхности. Комплект обладает мимикрией и способен подстроиться под любое ранее полученное вами одеяние. Не включает ПШМ (походная шляпа мага). Уровень щита: +80*(Уровень + Усиление); Уровень маны: +80*(Уровень + Усиление);Сила атаки (магия): +10*(Уровень + Усиление); Мистицизм +1; Доспех +1; За каждые 10 уровней носителя значения параметров увеличиваются на 3 единицы.

Тайлин смотрел на описание полученного предмета и не решался его надеть, считая, что это сказка. Ведь этот костюм не просто увеличивал магу, щит и силу магии, он также оказался полностью заряжен! И, если мальчик его наденет, у него окажется в распоряжении из 1720 доступной маны целых 1260 единиц! Вот Тайлин и не верил своему счастью. Рядом стояла Валия и по ее открытому рту становилось понятно, что даже прошедшая подготовку к Академии девочка не ожидала такого шикарного подарка от бога. Однако она справилась с ошеломлением куда быстрее Тайлина».

Я как-то подслушал разговор старшего сына с его другом, они общались про «разрабов» игры и становилось понятно, что там целая мифология — «может ли разработчик создать камень, который сам не сможет понять», эта риторика нам известна. Также нам известны (а им — нет) реальные ограничения разработчиков, и они совсем далеки от «реального» мира, задача «можно ли в базу записать одно число больше другого?» не является парадоксом на тему границ всесилия. Или, например, что вес предмета в игре не может превышать 2,147,483,647 грамм.

От главной метафоры все равно не уйти — зачем ебаться нараcкорячку, если можно ебаться в любой удобной позе? Игры эту «RPG» делают понятно, почему: написать «осталось 10 хитов из 90» в этом медиа проще, чем «монстр был еле жив, когда Петр прикончил его», но в книгах все наоборот. Я в восхищении от того, что утконосы существуют, «ну чиста просто поржать», хотя если из литрпг выкинуть рпг, получится просто очень посредственная фентези.