терапия
Сейчас этот блог в основном про психотерапию.
как правильно
Слушайте меня, я вас научу правильно жить.
психология
Буржуазная лже-наука, пытающаяся выявить закономерности в людях.
практика
Случаи и выводы из психотерапевтической практики.
кино
Фильмы и сериалы.
книги
Это как кино, но только на бумаге.
nutshells
«В двух словах», обо всем.
дорогой дневник
Записи из жизни (скорее всего, не интересные).
беллетристика
Мои литературные произведения и идеи.
духовный рост
Когда физический рост кончается, начинается этот.
дивинация
Как предсказывать будущее.
половой вопрос
Про секс и сексуальность.
заяижопа
Творческий дуэт с моей женой.
магия
«Магическое — другое название психического».
Карл Юнг
игровой дизайн
Раньше я делал игры.
игры
Компьютерные игры.
язык
Слова там всякие.
людишки
Уменьшительно-ласкательно и с любовью.
культ личности
Про великих людей (то есть, в основном про меня).
hwyd
Уникальная Система Прививания Привычек.
я
идеи
блоги
spectator.ru
дети
wow
вебдев
музыка
контент
программирование
религия
дейтинг
диалоги
яндекс
кулинария
coub
fitness
символы
йога
шаманизм
tiny
ребенок
backward2 forward3

Шмеринос

5 месяцев назад в категории терапия

Видели ли вы футболку с надписью «1N73LL1G3NC3 15 7H3 4B1L17Y 70 4D4P7 70 CH4NG3. — 573PH3N H4WK1NG»?

Легко предугадать реакцию на нее среднего невротика в вакууме:

Ну понятно, что тут налицо изменения (буквы поменяли на цифры! эка невидаль!), а если вы адаптировались к изменению, то вы умный (ошибочное суждение, конечно, см. учебник логики).

Естественно, все дело в вас, задавание вопроса в виде «почему люди могут прочитать это?» требует уже трансперсонального уровня восприятия вселенной.

Сообщение, манера сообщения, футболка и вы как-то связаны. Более того, владелец футболки тоже. В общем-то, он неплохой парень и только что вам польстил.

Но на самом же деле, если вы можете это прочитать, то есть вероятность, что у вас редкая болезнь — парейдолия. Не волнуйтесь, это лечится.

Разговор, тем не менее, пойдет о «переносе» и «проекции».

Я уже описывал «проекцию» как способ легко уйти из диалога, сказав оппоненту «ты проецируешь», им пользуются всякие психологически продвинутые люди, прошедшие всю программу терапии за неделю.

«Перенос» — где-то из этой же серии, совершенно отчетливо существует перенос-шейминг, хотя мало кто об этом говорит!

Бывало так, что я был уверен в успехе анализа, дела шли великолепно, как вдруг пациент со слезами заявляет мне, что он больше не может.

– Почему? В чем дело? Может быть, у вас нет денег?
– Нет-нет, причина не в этом. Просто у меня нет переноса!

И мне приходится объяснять, что это великое благо, что перенос – это болезнь, что у нормальных людей не бывает переноса. После этих объяснений анализ снова идет великолепно.

Карл Юнг

По-хорошему, это должно нести строго номинативную функцию, но люди ведь все испортят. Функцию отгораживания я упомянул выше, обесценивание — туда же («это просто перенос»), мне попадались даже вопросы и обсуждения, вида «реальны ли чувства в переносе?».

Есть магическая функция обретения власти через наименование («у вас не какая-то неизвестная херня, а Перенос, это лечится, пропейте Апоморфин»), в ней я ничего плохого не вижу, но клиенты часто придумывают собственные слова, которые обладают большей властью, так что учить их правильному жаргону нет смысла.

Это все порой ведет к смешным диалогам («я проверял, у меня точно не перенос»), но стигма все равно остается.

У меня есть более оптимистичный и простой взгляд на проекции и перенос, которым я сейчас поделюсь.

Принято считать, что проекция — это вид «психологической защиты», когда человек чему-то внешнему приписывает что-то внутреннее.

Например, такие словосочетания, как «спокойное море», «тревожное море», «буря злилась», «преданная собака», «независимая кошка», «несчастная лошадь» являются результатом приписывания внешним объектам своей собственной реакции на них.

Понимаете, да? Вы психологически защищаетесь от спокойного моря!

Словосочетание «психологические защиты» тоже скомпроментировано. «Психологические защиты» — это хорошо, потому что хорошо иметь кожу, а «психологический комплекс» — это просто набор (комплекс) реакций, пример того, что человеческая психика устроена сложно. Удачи всем, кто хочет «избавиться от комплексов»!

Не знаю, с какими воображаемыми идиотами я сейчас мысленно общаюсь, совершенно очевидно, что мой читатель все это понимает и прекрасно умеет адаптироваться к изменениям.

«Проекция» — это вообще способ, которым работает человеческое восприятие. Мы берем что-то внешнее и сравниваем его с внутренним образцом в голове (который там появился в процессе обучения).

Сравниваем приблизительно, иначе словом «стул» обозначался бы тот самый первый стул, на который вам показали родители. (Надеюсь, он был хотя бы без пик).

Человек может распознавать разные шрифты (чудо из чудес!), поэтому любой среднестатистический* человек легко прочитает надпись на футболке «1N73LL1G3NC3 15».

* 86 % россиян не владеют ни одним иностранным языком, а 27,8% не имеют теплого туалета.

Другого способа восприятия у человека нет, кроме как опираясь на собственный опыт.

Есть, конечно, приобретение этого опыта, и есть детское восприятие мира как-в-первый-раз, которое можно достичь после 10 лет медитации, но кого мы обманываем, да?

Приобретение опыта случается так редко, что им можно пренебречь, хотя самые умные уже поняли, что «правильный» ответ именно такой: «проекция» это «плохо» только потому, что новый опыт не приобретается, а старый опыт работает иногда неудачно.

Объектные отношения нарциссического типа, основанные на проективной идентификации, определенно являются центральным аспектом патологических организаций, но сами по себе они не дают достаточного объяснения той грандиозной мощи и сопротивлению переменам, которые эти отношения демонстрируют. Более того, сама по себе проективная идентификация не является патологическим механизмом и действительно формирует основу всякой эмпатической коммуникации. Мы проецируем в других для того, чтобы лучше понять, каково это быть в их шкуре, и неспособность или нежелание это делать влияет на объектные отношения на очень глубоком уровне. Однако для нормального психического функционирования важно уметь использовать проективную идентификацию гибким и обратимым образом, т. е. быть способным отказываться от проекций, наблюдать других людей и взаимодействовать с ними с позиции, прочно базирующейся на своей собственной идентичности.

Джон Стайнер, «Психические убежища»

Получение нового опыта и «расширение сознания» само по себе не является самоцелью. Если сознание можно не расширять, его нужно не расширять. Как сказал мне один клиент, «Так что, я тебе три года платил только за то, чтобы ты мне бесконечно повторял, что надо к себе мягче относиться? А где же экзистенциальные бездны?». Я — agreeable person, совсем как Питерсон, поэтому с клиентом я согласился.

C «переносом» все так же, «трансфер является особым случаем проекции» (К.Юнг).

Перенос — это когда клиент, «сам того не осознавая», начинает относиться к терапевту, как к другим значимым людям, например, родителям. В формулировке «ты что, идиот, не понимаешь, что это не мама?» идея переноса звучит обидно, а в формулировке «никаких других форм отношений у человека не было, откуда ему знать вообще?» — не очень.

Терапевт и клиент находятся вместе какое-то время, после чего клиент расслабляется и начинает вести себя так же, как и с остальными людьми, естественным для себя образом. В такой формулировке вообще не понятно, что в этом особенного.

С другой стороны, т.н. «негативный перенос» — та еще неприятная жопа — это когда опыт негативных отношений приносится в отношения к терапевтом. Например, терапевт потянулся, а клиент подумал, что его бить сейчас будут — потому, что его всю жизнь били.

Это шуточный пример, для проекции все равно нужны зацепки, невозможно сказать, что клиент абсолютно бредит, когда, например, чувствует, что терапевт его бросает в конце сессии (потому что именно это и происходит, просто «нормальные» люди «должны» уметь это выносить), или когда обижается, что терапевт говорит что-то чрезмерно грубое. Наверняка терапевт действительно говорит что-то очень грубое — для клиента — но совершенно не значит, что терапевт ровно такой же злодей, как и мама, просто он не такая великолепная сиська, как хотелось бы (да, и «нормальные» люди «должны» уметь выносить немного грубости).

Здесь остается только верить терапевту на слово: хотел ли он записать слово intelligence, когда писал 1N73LL1G3NC3, или это был номер его телефона. С другой стороны, терапевт тоже должен верить клиенту, что 1N73LL1G3NC3 упорно читается, как intelligence, как ни крути.

В идеальном мире, конечно же, терапевт и клиент равноправно участвуют в игре «— А я понял тебя вот так. — Надо же, как удивительно, а я имел ввиду вот это. — Офигеть, в этом мире есть два мира, а не один».

Но это очень сложная игра, поэтому в терапии так делает один, а второй платит деньги.

(Видел во вконтакте фразу, типа «психологи были бы не нужны, если бы люди могли просто поговорить», гениальное откровение в духе «здоровым лекарства не нужны»).

В идеальном мире вместо «у вас перенос!» следует говорить «может быть, есть способ взглянуть на эту ситуацию по-другому?», но это уже будет ненавистная когнитивно-поведенческая терапия.

В реальном мире терапевт часто воспринимается, как авторитетная фигура, и в связи с этой фигурой у человека есть много очень сильных и иногда подавленных чувств, поэтому часто невозможно воспринять точку зрения терапевта, как полноценную (проще — как бесценную, во всех двух смыслах), и игра очень сильно осложняется.

Терапевт — такой же человек, как и ты, просто раньше халат надел, и чем раньше ты начнешь это понимать, тем меньшее денег потратишь на это шарлатанство.

Это и называется «проработка переноса».

Все понятно? Расходимся.

Терапевтом, однако, часто быть сложно.

Я все равно не сформулирую лучше, чем Витакер:

«Сначала я думал, что бессилие приемного родителя, профессионального психотерапевта — просто хитрый ход. Ход, состоящий в том, чтобы его признать: бессилие — это факт. Когда я понял его реальность, мне стало ясно, что, как сумасшествие или самоубийство, так и ситуация бессилия требует двоих участников. Она неизбежна и заключена в духе самой психотерапии. Взаимодействие приводит к бессилию — не только терапевта, но и пациента. Опыт бессилия важен сам по себе. Когда им делятся, терапевт и пациент понимают, что этот опыт у них — общий. Он также становится метасобытием, поскольку они оба вышли за рамки своих отношений и вместе смотрят откуда-то сверху».

Терапевт — действительно тот, кто раньше надел халат.

Признать «я знаю, что я ничего не знаю» могут только очень крутые терапевты, потому что всем сразу становиться понятно, что они не только крутые, но еще и скромные. «Им хорошо говорить, что они ничего не знают, они вон какие клевые!».

Менее великие терапевты испытывают при этом чувство стыда, например, потому что совершенно не понятно, за что деньги-то брать.

Есть несколько канонических ответов на это, кроме смешной неправды «потому что терапевт — специалист», например, «ты платишь за время, которое терапевт проводит с тобой», ответ в целом хорош, но тоже подразумевает, что это какое-то особое квалифицированное время.

В рамках разговора о переносе-шмереносе можно сказать, что терапевту платят за то, что он работает над своим контрпереносом (и обладает способностью это делать).

Контрперенос — смешная история — это когда терапевт, как нормальный человек, начинает проецировать на клиента что-то свое. Делает он это сам, или его «заставляют» («проективная идентификация») — не важно.

Например, если терапевт видит в клиенте ребенка, то это вроде как «его», терапевта, контрперенос, если клиент себя ведет, как ребенок, а терапевт видит в нем ребенка, то это — правильно — опять контрперенос терапевта!

Как и в случае переноса, страшен не сам черт, а «несознанка» — когда, беря тот же пример про ребенка, терапевт начинает покупать клиенту чупа-чупс, вместо того, чтобы сказать «мне хочется тебе купить чупа-чупс, я подумал, сходил на супервизию и понял, что ты напоминаешь мне двоюродную кузину, которой я покупал чупа-чупс, а она подолгу сидела у меня на коленях, так что чупа-чупса ты не получишь, а кузине я позвоню».

Это шутка, а так же то, за что мне не нравится плохой гештальт: «работай так, как будто контрпереноса не существует». У гештальтистов принято «предъявлять себя» и делать много всякого про «контакт», в упрощенном виде можно сказать, что гештальтисты фетишат на Встречу: в процессе терапии два человека должны встретиться, как осознанные мегасущества. Плохой гештальтист может смело сказать клиенту «ты меня бесишь», не разобравшись сначала, не бесится ли он сам (о чем клиенту знать вообще не обязательно).

Каждая школа терапии дает какую-то свою негласную индульгенцию своим последователям. Психоаналитикам, например, разрешается спать на сессиях.

С другой стороны, можно сказать, что «бывает терапия без переноса» — например, когда это не терапия, а психологическое консультирование, и участники надежно закреплены в своих ролях консультанта и консультируемого, когда есть «позитивный перенос», в котором всем хорошо и не стоит обращать на него внимания, или когда проблемы клиента манифестируются другим образом. (Клиент все так же воспринимает терапевта по-своему, но это ничему не мешает: всегда есть, например, мама и жена, настоящие источники всех бед).

Терапевту платят не за знания, а за умения — за стойкость, он «играет, но не заигрывается», не отыгрывает (acting out) и сохраняет — пусть будет — «осознанность».

В реальном мире терапевту можно не быть безукоризненным, достаточно просто приходить в себя чуть быстрее клиента и не вываливать на него свою «несознанку».

Итого, клиент расширяет свое сознание, так как человек и существо ограниченное. В это время терапевт расширяет свое сознание «за счет клиента», так как тоже человек и существо ограниченное. Часто клиенту об этом знать не обязательно, но если это ему поможет, то в необходимых объемах можно и поделиться. Клиент расширяет сознание потому, что его жизнь прижала. Терапевт расширяет сознание для того, чтобы понять клиента и потому, что это его работа, в конце концов, «одну из самых прямых, честных и сильных своих хитростей терапевт может выразить очень простыми словами: «Я просто зарабатываю себе деньги»». (Витакер). Терапевт делает это быстрее (выше, сильнее) клиента потому, что клиент в этом любитель, а терапевт — профессионал. Когда кто-то из них упирается в ограничения собственного восприятия, и это начинает мешать, то это называется «перенос» или «контперенос».

PS. Узнал сегодня очередную историю, как один дипломированный московский психоаналитик вступил в неуставные отношения с клиентом. Но вся работа терапевта в этом и заключается: чтобы так не делать. Реально, you had one job. Меня-то Бог миловал: мои клиенты — скайповые.

0
Смотри также Еще в категории

Идеальный клиент-2

Как вы поняли из предыдущего выпуска, главное необходимое качество клиента для терапии — это платежеспособность. Была гипотеза, что главное качество клиента — это терпение («в следующем выпуске будет про то, чтоб не ускакать в закат раньше времени и позволить бессердечным некомпетентным людям морочить тебе голову и дальше»), это совершенно справедливо, но на этот счет у меня есть шутка, что нам все эти годы врали, терапевт и есть пациент.

Н & Ш сидели на трубе

Все никак не могу написать заметку про шизоидов, поэтому пусть это будет очередными «заметками на полях». «Невротики» не могут примириться с реальностью и поэтому начинают ее искажать. «Шизоиды» не могут примириться с реальностью и поэтому уходят от нее.

Полночные размышления

Прочитал «Полночные размышления семейного терапевта» Карла Витакера. Удивительно не структурированная книга, полная правильных слов. Несколько мыслей раскрыты и так и этак по всей книги в разных формах. Сначала не очень понятно, то ли это ажурное кружево, то ли месиво. Сам он пишет: Ночные размышления забавляют меня последние десять лет — с тех пор, как вышел на пенсию.

Свет мой, зеркальце, блеять!

У Духовно Растущих Людей есть несколько смешных уловок, которые позволяют им духовно воспарить над менее развитыми пеньками. Каждый человек — это отдельный мир со своими драмами, страстями и прочими особенностями, причем проявляются они на всех уровнях, «внешнее — это отражение внутреннего» скажет вам любой психотерапевт.

Идеальный клиент-2

Как вы поняли из предыдущего выпуска, главное необходимое качество клиента для терапии — это платежеспособность. Была гипотеза, что главное качество клиента — это терпение («в следующем выпуске будет про то, чтоб не ускакать в закат раньше времени и позволить бессердечным некомпетентным людям морочить тебе голову и дальше»), это совершенно справедливо, но на этот счет у меня есть шутка, что нам все эти годы врали, терапевт и есть пациент.

Идеальный клиент

Думал про полезные для терапии качества клиента. Довольно привычно думать со стороны терапевта, каким должен быть он, но есть же еще вторая сторона — клиенты, о которых уже целый год не думал. (Pun intended) Вот чужой пост про идеального клиента — правильный, но скучный. Разговоры «было бы хорошо, если клиенты были такие» во-первых, напоминают анекдот «мышки, будте ежиками», во-вторых, сводятся к тому, что лучший клиент терапии — это здоровый клиент.

Экзистенциальная 😱 терапия

Написал еще один текст для knife.media, про экзистенциальную терапию.

Писал я их в разное время, а опубликовали относительно вместе. Можно подумать, что я только и делаю, что сижу для них тексты пишу!

А это не так. Я еще и.

Работа терапевта: мораль и этика

Сегодня, мои дорогие друзья, мы поговорим о так называемой «терапевтической этике». Я неоднократно наблюдал фантазии о том, что хороший терапевт этой этики придерживается и что эта этика защищает клиентов. Это только наполовину правда.

Десять Книг, Которые Надо Прочитать, Чтобы Самому Стать Психотерапевтом

Итак, вы прошли несколько сессий собственной терапии и начали задумываться, как хорошо было бы сидеть где-нибудь на Гоа с ноутбуком, кивать, говорить «угу» и «с вас 35 евро», иными словами — о карьере онлайнового психотерапевта. Чтобы стать терапевтом, кроме получения специальной бумажки, наличие которой говорит о том, что вы не поленились дойти до ближайшего сумасшедшего принтера, надо проделать следующие шаги: I.

So you’re telling me

Секреты мастерства: всю психотерапию можно построить на фразе «вы так говорите, как будто это что-то плохое» и вот таком лице —

Anamnesis

Приятным бонусом психотерапии — если ты пишущий терапевт, конечно — является то, что «терапия есть генеральная репетиция жизни» (Ялом), поэтому она так же богата, как сама жизнь — и осмыслять «чем же таким терапия занимается» можно так же бесконечно. Все это осмысление является не больше, чем игрой слов, но она — наверное? — необходима.