Принцип Маятника

Cамым характерным для позднекапиталистического фетишистского потребления становится то, что приобретается нечто все более и более иллюзорное. Удовольствие от современного порнофильма не может сравниться с тем, что испытывает потребитель, сходящийся с проституткой, когда он хотя бы кратковременно владеет своим «товаром», и даже с удовольствием от раннего «холостяцкого» кино, в котором «товар» непосредственно адресуется зрителю как потребителю. В кадре «коммерческого плана» работающий вхолостую пенис конденсирует все принципиальные характеристики позднекапиталистического, ориентированного на удовольствие потребительского общества — удовольствие как бесплодный оргазм, как неспособность истинно насладиться богатством и природой, что, в свою очередь, свидетельствует о закате фаллократии и ставит в повестку дня зарождение экономики, основанной на иной сексуальной политике.

(C) Линда Уильямс. Фетишизм и визуальное удовольствие тяжелого порно

Практически во всех иностранных фильмах используется в той или иной степени «принцип маятника»: начиная с мелодрам и заканчивая ужастиками или триллерами. Принцип этот довольно прост, и грамотно применяя его, можно из любого дерьма сделать шедевр. Разумеется, при соответствующих затратах на спецэффекты и кастинг.

Сейчас я вам расскажу, как это делается. Существует некий абстрактный маятник, слева у которого написано «все хорошо», а справа «все дерьмово» — назовем его «Маятник внутреннего настроя фильма» (в дальнейшем именуемый просто «маятник»).

С началом фильма маятник находится в положении «все хорошо», но неумолимо движется к отметке «все хреново», чтобы вновь вернуться ко «всему хорошему». Я, конечно, утрирую — на самом деле более правильно крайнюю левую точку амплитуды маятника назвать «плюсом», а правую — минусом. И весь фильм маятник качается. От амплитуды и частоты зависит так называемая напряженность фильма: если в течение фильма сюжет 20 раз менялся от «плохого» к «хорошему» и наоборот, причем менялся с сумасшедшей скоростью — значит, амплитуда и частота у маятника весьма велика. Значит, фильм очень «триллерный».

Последняя «слезная» мелодрама, которую мне довелось посмотреть, была «Ноттиг-Хилл». Сюжет пересказывать не буду, там все стандартно: в общем, Хью Грант — простой американский парень, Джулия Робертс — простая американская супер-актриса . Они влюбляются, гуляют, то да се, и вот, когда уже все лучше не бывает, она просит подняться его к себе в номер. А там — правильно! — ее «друг», с которым она якобы рассталась. Бедный и обиженный Хью Грант ходит по городу, звучит слезная музыка, показаны во всей красе душевные муки. А вы что хотели? Маятник качнулся в другую сторону. Не все коту масленица.

Потом, разумеется, они мирятся, Робертс остается у него на ночь, мятник летит в обратную сторону, а утром к нему в дом нагрянула толпа журналистов (Джулия же по фильму — знаменитость). И все начинается с начала...

Ну а триллеры... Тут уж сам Бог велел использовать маятник. Правда, тут у него несколько другая траектория — он почти никогда близко не подходит к точке «все хорошо», разве что в начале фильма.

И вся ситуация следует одному из правил закона Мэрфи — «Если ситуация не может ухудшится, она ухудшается».

Для удобства объяснений я нарисовал небольшую схему, в которой попытался отобразить некий условный триллер. Итак, смотрим.

Точка 1 — начало фильма. Все хорошо и замечательно, поют птички, цветут цветочки. Травка зеленеет, солнышко блестит.

Точка 2 — автобус захватывают террористы, злой маньяк стучится в вашу дверь, ваша собака гадит на ковре — в общем, происходит нечто, делающее ситуацию не совсем радужной.

Точка 3 — добрый полицейский стучится в дверь, в автобус врывается группа ОМОНа, собака, оказывается при ближайшем рассмотрении, нагадила не на ковер, а на бумажку на ковре. Ситуация, казалось, бы нормализуется. Но тогда куда десть остальные 60 минут фильма? И тут наступает

Точка 4 — доброго полицейского убивает злой маниак, отряд ОМОНа расстреливает вражеский снайпер, маленький ребенок наступает на собачье дерьмо и размазывает его по ковру. Все стало даже хуже, чем было в точке 2.

Точка 5 и 6 — аналогично (еще один добрый полицейский стучится в дверь, и т.д.) Причем повторять точки 3-4-5-6 можно бесконечно долго, делая ситуацию еще хуже. «Если ситуация не может ухудшится, она ухудшается».

Любопытна точка 7. Это так называемый «ложный конец фильма» — довольно часто используемый прием. Например: злобного маньяка вы зарезали ножом, террористов обезвредил сантехник, раньше служивший в Спецназе, собачье дерьмо убрано с ковра. Пора праздновать победу. Вы открываете бутылку шампанского, целуетесь с сантехником если вы женщина, или с женщиной, если вы сантехник, собаку гладите по голове.

Да, я иронизирую. Тем не менее, есть много фильмов, где этот прием используется довольно неплохо. К примеру фильм «Игра». Подсчитайте, сколько там «ложных концов»? Штук пять, не меньше. Обычно же ограничиваются одним — двумя : утомлять зрителя нехорошо.

И тут — внезапно — наступает точка 8. Маньяк оказывается недорезанным, в автобусе в туалете пряталось еще десять террористов, а вашу любимую собаку врасплох застала диарея. Снова все плохо. Зритель в напряжении — НЕУЖЕЛИ? все закончится победой «злых сил»?

Точки 9-10 аналогичны точкам 5-6 и служат для того, чтобы еще сильней помотать зрителям нервы.

Точка 11 — это конец. Во всех хороших, «серьезных» триллерах, он должен быть не слишком хороший. Например, злой маньяк успел-таки порезать половину ваших родственников, ... (дальше продолжите сами)

При правильном использовании «принципа маятника» можно творить шедевры. А в следующей заметке — рассказ о том, как НЕ использовался этот принцип и что из этого всего вышло.