терапия
Сейчас этот блог в основном про психотерапию.
как правильно
Слушайте меня, я вас научу правильно жить.
психология
Буржуазная лже-наука, пытающаяся выявить закономерности в людях.
практика
Случаи и выводы из психотерапевтической практики.
кино
Фильмы и сериалы.
книги
Это как кино, но только на бумаге.
nutshells
«В двух словах», обо всем.
дорогой дневник
Записи из жизни (скорее всего, не интересные).
беллетристика
Мои литературные произведения и идеи.
духовный рост
Когда физический рост кончается, начинается этот.
дивинация
Как предсказывать будущее.
половой вопрос
Про секс и сексуальность.
магия
«Магическое — другое название психического».
Карл Юнг
игровой дизайн
Раньше я делал игры.
игры
Компьютерные игры.
язык
Лингвистические наблюдения.
людишки
Уменьшительно-ласкательно и с любовью.
культ личности
Про великих людей (то есть, в основном про меня).
религия
Опиум для народа
hwyd
Уникальная Система Прививания Привычек.
я
заяижопа
идеи
блоги
spectator.ru
дети
wow
вебдев
музыка
контент
программирование
дейтинг
диалоги
яндекс
кулинария
coub
fitness
символы
йога
шаманизм
tiny
backward2 forward3
 

Журналистика

16 лет назад в категориях учеба дорогой дневник

Ты (вы?) пишешь о том, что журналиста невозможно «готовить», что он должен «готовиться» сам (слово готовить не твое, я его неоднократно слышал от преподов и мне оно чрезвычайно нравится, типа как горох об стену у Наутилуса). Так вот, как _настоящего_ журналиста, хочу тебя спросить: собственно, что должен знать человек, именующий себя журналистом, желательно с ссылками на источники (или источник). Я понимаю, что развернуто ты мне отвечать не будешь, но хоть перечисли дисциплины, или дай ссылку на ваш учебный план. Спасибо.

Я уже неоднократно писал, что не считаю себя журналистом, а уж тем более — настоящим. Хотя доучиваюсь именно по этой специальности, регулярно пишу и мне за это даже иногда платят, но все-таки, настоящий журналист — это нечто такое... такое... Тем не менее, нельзя не признать, что я, все-таки, как-никак, гений, и время от времени произвожу вещи, читать которые можно без внутреннего содрогания. Так что подобные вопросы мне задают регулярно, так что пора отвечать...

Буду краток: ситуацию можно рассматривать с трех сторон: как нас «готовят», как, по моему скромному мнению, должно готовить и что можно с этим поделать. Выводы сделаете сами.

Как нас готовят.

Наш «учебный план» весьма забавен: сам себя я называю недофилологом, ибо им и являюсь — в мне филологического образования около одной трети, да и та уже порядком выветрилась. Одну треть нашей программы составляет жестоко кастрированная программа филологов: тот же СРЯ (Современный русский язык), литература, латынь (у филологов, по-моему, еще и греческий, старославянский и еще чего-то там). Преподается это все в «щадящем режиме» — все-таки, «они не филологи, а журналисты», тот же СРЯ преподается всего первые два года, то, что остается от него в головах еще через три года, после получения диплома, думаю, в комментариях не нуждается — из всего курса я вынес несколько умных слов, типа «эвфемизм» и «дисфемизм» и даже запомнил их значения.

Лирическое отступление про эвфемизм и дисфемизм. Первое — это слово или словосочетание, используемое вместо «неудобного» и(или) «нехорошего» слова и являющееся стилистически нейтральным. Например — «человек с ограниченными умственными способностями», а не «дурак», «человек с нетрадиционной ориентацией», а не «гомосексуалист», «афроамериканец», а не «негр».

Это знают почти все. А вот дисфемизм — это наоборот, специальное «огрубление» речи: не «дурак», а «полный дебил», не «гомосексуалист», а «пидор», не «негр», а «негритос» или «ниггер».

А теперь к чему это: три года назад Артемий написал у себя в руководстве написал следующее:


«Пришедшие в голову эвфемизмы такого простого события как помереть“: сыграть в ящик, приказать долго жить, дать дуба, скочевряжиться, отбросить коньки, поставить кеды в угол, быть схваченным кондрашкой, окочуриться, отправиться на тот свет, скопытиться, заставить себя уважать...»

Дело в том, что «приказать долго жить», «отправиться на тот свет» и «заставить себя уважать» — это как раз эвфемизмы, все верно. А вот, например, «скочевряжиться», «отбросить коньки», и «окочуриться» — это вовсе даже и наоборот — дисфемизмы. Чувствуете разницу? Я написал Артемию и получил забавный ответ — дескать, нет такого слова — дисфемизм, потому что Яндекс его не находит. И вы знаете — действительно, полез в Яндекс, нашел ОДНО (!) упоминание этого слова — причем как раз у меня самого. Такие дела.

С тех пор прошло три года, и Яндекс, наконец-то, начал находить слово «дисфемизм» и в других местах. А Тема был не прав.

Возвращаясь к нашим баранам... Вторая треть программы журналистов — это предметы для «общего развития»: история Сибири, просто история, ИЗЦ (история западных цивилизаций), психология, философия, культурология, политология и прочие буржуазные лженауки. И эти предметы преподаются в щадящем режиме «для чайников» — ибо все прекрасно отдают себе отчет, что предметы не профилирующие и вроде как не самые важные в жизни...

Последняя треть — самая жуткая. Это, собственно, «профилирующие предметы». Они не преподаются _никак_. Теоретические предметы, например, история журналистики — еще более-менее, хотя, по сути дела, вещь абсолютно бесполезная с практической точки зрения... «Практические» же предметы вызывают желание потушить свет, слить воду и тихо ползти в сторону кладбища.

Люди делятся на теоретиков и практиков. Вести практические предметы приглашают, естественно, теоретиков — работающих и более-менее известных в пределах Новосибирска журналистов. Проблема в том, что они и сами-то не обладают журналистским образованием, но являются неплохими журналистами-"практиками" — потому что трудились на этой ниве н-ное количество лет и получили неплохие чисто практические навыки. Проблема в том, что для передачи этих навыков их надо как-то отрефлексировать и привести в форму, пригодную для передачи, то есть заняться теорией.

А практик, занимающийся теоретизированием — жуткое зрелище.

В качестве примера — вела у нас какой-то кинематографический предмет женщина, режиссер. Практик. Когда она показывала куски из фильмов и восхищалась — это еще можно было терпеть. Когда ж она начинала теоретизировать... Сначала она вспомнила знаменитую радиопостановку «Война миров», вызвавшую в свое время настоящий переполох — потому что слушатели «подсели на измену» и приняли все за чистую монету — классическая, в общем-то, история, которую вспоминают все, кому не лень. Сначала она исковеркала название. Потом исправилась и сказала, что автором был Бредбэри. Потом начала пересказывать краткое содержание — дескать, началась ядерная война... (Для интересующихся — «The War of the Worlds» была написана в 1898 году).

Потом ее куда-то понесло, и она начала говорить про трансвеститов. При этом называла их «трансвестисты». Это было первое и последнее занятие, на котором я был.

Еще в качестве примера: преподавательница «Литературного редактирования» выдала совершенно замечательную фразу: «Я не представляю себе редактирование на компьютере», после чего я не был на ней ни разу — потому, что не представляю себе редактирование без компьютера и не люблю людей, выдающих свою ограниченность за норму.

Итак, что мы имеем в результате? Недофилологов, с поверхностными знаниями из разных культурологий, с отсутствующими знаниями теории журналистики и абсолютно без каких бы то ни было практических навыков.

Как надо.

По моему скромному мнению, надо так (это все мечты, но почему бы и не помечтать?):

Идеальный вариант: усилить те филологические предметы, которые реально понадобятся журналистам: тот же русский язык преподавать не два года, а все пять. Предметы для «общего развития» сделать факультативными, чтобы можно было выбирать нужные, и одновременно усилить и углубить их. Начать преподавать нормальные теоретические курсы по журналистике — ту же жанровую классификацию, например, а не невнятное нечто с названием, вроде «Животрепещущие проблемы современной журналистики». Ну и самое главное: практика. Почему-то когда человек учится на хирурга, его пичкают не только теорией, но и учат, как правильно резать. Надо делать то же самое: тупо заставлять писать много и регулярно, и тыкая носом в ошибки. Конечно, у нас есть так называемая «специализация», где — якобы — именно этим и занимаются. Однако за все пять лет мне пришлось написать для зачета по специализации всего одну статью, и то, чтобы от меня отвязались.

Отсутствие практики вообще умиляет. За лето, чтобы засчитали как раз эту самую «практику» надо написать штук шесть материалов. У меня с этим проблем не было — я просто выбирал более-менее адекватные материалы и сдавал. У многих же это было настоящей проблемой — найти шесть материалов за три месяца...

Ну а теперь ответ на вопрос «собственно, что должен знать человек, именующий себя журналистом, желательно с ссылками на источники (или источник)». Собственно, не так уж и много. Жанровую классификацию, чтобы не писать совсем уж очевидные глупости можно найти довольно легко — говорят, сейчас есть неплохие учебники. Не знаю, не видел. Русский язык должен знать, но это тоже не проблема... Вообще, вопрос «что должен знать журналист?» напоминает другой нелепый вопрос — «Какие 10 книг нужно прочитать, чтобы считаться интеллигентным человеком»? Почему именно десять? Почему не девять? Почему не двадцать?..

Здесь то же самое — человек, именуемый журналистом, не должен знать какой-то «обязательный минимум». Можно назвать 10 источников, которые было бы неплохо прочитать любому журналисту. Только вот ознакомление с этими источниками не сделает тебя журналистом. И наоборот — не-ознакомление не сделает не-журналистом.

Так что тут надо поставить вопрос по-другому — не что должен знать журналист, а что должен уметь, чтобы называться журналистом. Журналистика вещь вообще гораздо более практическая, чем теоретическая. Знание теории, конечно же, не повредит, однако практика — гораздо важнее.

В общем, как обычно — ничего путного «из источников» посоветовать не могу. Надо просто писать, писать и еще раз писать и найти человека, который будет тыкать носом в ошибки — со стороны они всегда виднее. На ошибках учатся.

0

Сегодня я понял

Сегодня я понял, что старею, и мне стало жутко. Случилось это так: я надел свою старую косуху. Ей уже лет шесть, хорошая, итальянская, куплена аж за 250 баксов, до сих пор как новая, хотя чего она со мной не пережила: я спал в ней и на травке, и на скамейке и черт знает где, пил в ней черт знает с кем и шлялся по черт знает каким местам.

Краткий отчет о вчерашних похождениях в документах

Краткий отчет о вчерашних похождениях в документах:

Счет, сэр!

Мегабайт, ага.

Diploma

Diploma. 5 октября. Так как теперь мой диплом — это своего рода pain in the ass, буду время о времени писать о нем, главным образом — жаловаться на жизнь. Помечать это все буду словом «Diploma», дабы потом простым поиском можно было составить из этих кусочков единую картину агонии. Сегодня ходил к Куксановой.

Diploma

Diploma. Придумал название главы — «Интернет-технологии, как детерминанта свойств интернет-журналистики». Раньше эта глава у меня называлась «Что такое интернет». Придумал еще одну фишку. Одна моя одногрупница, активистка и отличница, в своем реферате активно ссылалась на материалы с сайта spectator.ru, прекрасно зная, что это за сайт.

Оказывается

Оказывается, спецкурс «История кинематографа» является обязательным для ФЕНа. Ни разума, ни логики. Нет, я конечно, не считаю гуманитарное образование самым лучшим, но все-таки... А даже если и считаю — все равно — но все-таки... Сегодня как раз проходили комиков начала века. Когда лектор назвал Андре Дида эксцентриком, один парень с ФЕНа спросил — «А что это такое?».

У нас предмет есть

У нас предмет есть, называется «Реклама и PR». Думаю, он был бы интересен, будь он на первом курсе, а не на последнем. Теперь же мне, как человеку, избалованному «Креативом», откровенно скучно. Да и не мне одному — у нас в группе есть человеки, занимавшиеся ПиАрществом и рекламой, поэтому...

Однажды

Однажды, не так давно, я узнал, что мочалки (это штуки такие, которыми трутся, когда моются, если кто не в курсе), оказывается, растут. Верней, их выращивают. Это такая флора — мочалки. Честное слово. Я же всегда думал, что эта фиговина не растительного, а искуственно-химического происхождения.