Бля
Бля. Ненавижу, когда у родителей вдруг просыпается острое чувство гордости за меня, просто ненавижу. При всем при том — они АБСОЛЮТНО не знают кто я, что я, чем занимаюсь последние лет пять и прочее. Мать знает, что у меня есть «страничка», причем узнала это так — «Сынок, а у тебя-то своя страничка в интернете есть?» — «Есть» — «Ну и хорошо, скажи мне ее номер, чтобы я могла перед кем-нибудь похвастаться».Даже не «покажи», «дай посмотреть», нет — «скажи номер». Я это «скажи номер» проигнорировал. Раза с пятого. До этого четыре раза объяснял, что тут вам не гардероб, бирки с номерками не раздаются. Потом перестал объяснять, а просто махал рукой, а мать не настаивала — вопрос «Скажи номер?» носит на самом-то деле риторический характер и ответ не требуется вовсе.
Господа, мы взрослые люди, давайте перестанем ебать друг другу мозги, и откровенно скажем: всем друг на друга насрать. Хотя — нет, не скажем, родительские чувства — это святое, поэтому необходимо создавать видимость хоть какого-то интереса.
Порой случаются рецидивы гордости — когда мои «успехи» просто нельзя не замечать. У отца такие рецидивы случаются исключительно во время моего отсутствия, чаще всего — на работе: когда я туда захожу, сотрудники уважительно смотрят и чуть ли не уступают дорогу. Сначала я пугался, пока не узнал про отцовские рецидивы гордоси за своего сына. Долгое время не верил, ибо не видел. Потом успокоился — Америку я тоже ни разу не видел, а люди говорят — есть. С чем черт не шутит, ей-богу.
Когда я в «Домашнем компьютере» работал рецидивы случались раз в месяц. Отец брал свежий номер, находил там мою фамилию, фыркал, говорил что-то вроде «и много ты на этом заработаешь?» и уходил. Утром втихоря брал журнал на работу и хвастался перед подчиненными. Когда я стал вести в «ДК» авторскую рубрику, специально поставил туда фотографию, на которой я не похож сам на себя — теперь маме хвастаться стало гораздо проблематичней.
Конечно, самое главное, что рецидивы происходят строго в мое отсутствие — стоит мне зайти в квартиру и увидеть там свежих (еще) гостей, как по им взглядам я понимаю, что они уже в курсе, что сын моих родителей — гений. Приходится отдуваться. При этом родители не знают кто я, что я, чем занимаюсь последние пять лет, да и особо знать не горят.
Полное ощущение, что своей гордостью они тешут свое самолюбие, а не мое: как врун предпочитает врать в отсутствие того человека, который может его уличить, так и мои родители изъясняются в своей любви ко мне проемущественно без меня, либо только на людят, либо когда слегка выпьют, что, как правило, совпадает во времени-пространстве.
При всем при этом они упрекают меня, что я не интересуюсь делами семьи, хотя вся разница между мной и ими в том, что я на вопрос «Как дела?» промолчу, чего они даже и не заметят, а для них вопрос «Как дела?» является поводом для того, чтобы пожаловаться на свои проблемы.
Завтра надо сдавать материалы по практике, специально купил два июньских номера «ДК», чтобы один отнести в деканат — а теперь не могу найти ни одного. Родительские чувства — страшная вещь.
